Он, конечно, может...

Он, конечно, может...
В своем больном воображении Говард растил страну любви, и она была воистину прекрасной, но... снаружи посылал неспелые дожди унылый май, а прозрачная полузеленая листва билась насмерть за каждый проблеск солнца. Несговорчивые тучи сердились на людей и все падали сверху на них, падали, падали...

Говард слушал, как играет на гавайской гитаре старый Освальд, живший под крышей своих гипнотических звуков, и видел окончание этого вялого лета. Говард собирал в каменных дебрях урожай из явлений и событий. Он фокусировал город на своей бледной ладони, испачканной мелом, был неисправимым авангардистом, законченным идиотом, человеком, совсем бесполезным для людей, ковыряющихся в содержимом своих больших тарелок. Говард любил кошек, свою созерцательную лень и, конечно же, Бога, которого не знал, но верил, что обязательно надо, чтобы он был, иначе уйдет сказка, а с ней и его, Говарда, хоть какая-то, нужность.

Он вспомнил, как однажды в детстве шел по улице, а навстречу ехал автомобиль. Отмечали городской праздник, и прохожих почти не было. А тут вдруг машина на огромной скорости! Что-то в ней случилось, потому что в городе быстро ездить не разрешалось, и даже сигналить, чтобы не нарушать покой медного Феникса, вертящегося на ратуше над рыночной площадью.

Но это было красивое зрелище - красный автомобиль, торжественно увеличивающийся в его глазах. Он даже успел увидеть девушку, сидящую за рулем - утонченное лицо, обрамленное плотно замотанной полосатой косынкой, черные солнцезащитные очки. Машина через несколько секунд собьет его с ног. Скорее всего, насмерть. И все!.. Если... если она не изменит направление. Говард открыл рот и решительно произнес только два слова: "Не надо!"

Он увидел, как у автомобиля вдруг спереди отвалилось левое колесо. Оно дугой влетело в окно магазина, выметая оттуда манекены, а машину резко кинуло на стену городской земельной конторы, в которой работала тогда еще живая мать Говарда.

Женщину не спасли. Он наблюдал, как ее тело потом вытягивали из-под обломков пожарники. Но красивого лица у тела уже не было. Тогда ему стали понятны две вещи. Всегда есть что-то, которое - до и после. Это первое. И второе - он ощутил намерение. Однако, оно оказалось не таким уже и безобидным. С тех пор он всегда знал: если тебе чего-то сильно хочется, посмотри - нет ли возле тебя людей...

Говард подошел к Освальду и положил в его кепку деньги, заработанные на уличных рисунках.
Говард денег не жалел. Говард жалел, что не может прекратить дождь. Нет, он, конечно, может, но...
165
Добавить в избранное

8 комментариев

Говард собирал в каменных дебрях урожай из явлений и событий.

говард собирал в дебрях каменный урожай явлений и событий

никто не хочет экспериментировать, скучный народ
09:10
он же сермяжный
02:33
Это первое. И второе - он ощутил намерение.

а он случайно Кастанеду не перечитал?

08:35
Кто? Говард?
22:02
Это первое. И второе - он ощутил намерение.

выделила
09:13
Одним несостоявшимся Стивеном Кингом больше.
09:09
Ах ты боземой)
22:30
Было б странно, если б ты нормально отвечать научился.
  • - Ну, где же истина? - промолвил КрисОтветил Снаут: "Вот она"Взглянув в иллюминатора стеклянный дискПродолжил: "истина у нас одна,Здесь не нужна наука...
  • Холм холодным ветром, как шпагой, вспорот, скалит остро кости своих руин. На останках прошлого вырос город, жадно пожирающий корабли. Как ярится буря,...
  • правда веришь в миллионы оборванных судеб вплетённых в полоску из поплавленной тары пивной и китайского хлопка нас там нет и не будет в трехрублёвом ...
    laudh 11.08.2016 2
  • Ладонь мою держа, промолвил прорицатель,По линиям судьбы водя рукой своей:"Тебя простят за все и люди, и Создатель,Живи как хочешь ты, лишь умереть су...
    Барыбино 26.08.2016 3