Пантера. Часть 2. Человек

Пантера. Часть 2. Человек
ЧАСТЬ 2. ЧЕЛОВЕК

  

  

   14

  

  

   Простые движения, одно за другим: подняться с кровати, пройти коридор и зайти на кухню. Дыхание, не забывать про дыхание: вдох-выдох. Включить кофеварку и сунуть в тостер пару кусков хлеба. Вернуться в спальню и застелить кровать.

  "Почему она ушла?"

  Спокойно! Сосредоточиться на простых движениях. Отойти от кровати и взять гантели: тело необходимо содержать в порядке. Пока делаешь упражнения, смотреть телевизор с программой новостей. Что там интересного? Опять войны, теракты и прочая неважная муть...

  "Ведь всё было так хорошо!"

  Не задумываться. Спокойно одеться, выпить кофе и съесть пару бутербродов. Спуститься вниз на лифте, игнорируя любопытствующие взгляды старухи с восьмого. Сейчас она пойдёт перемывать его кости к своим товаркам у подъезда. Ну и пусть. Пройтись до спуска в метро, автоматически лавируя между спешащими людьми и вспомнить, что опять забыл убрать её фотографию со стола.

  "Света, Света, что же ты наделала!"

  Он остановился в толпе, уставившись на пугающе похожий силуэт и тотчас кто-то налетел сзади, пнул, толкнул в бок и вылил поток грязных ругательств. К чёрту! Он помотал головой. Мысли успели вырваться из запретной зоны и теперь гуляли повсюду, причиняя почти физическую боль. Страдания оказались гораздо болезненней, ибо он считал, что рана успела немного зарубцеваться.

  Почти год ничем не омрачённого счастья. По крайней мере ему так казалось. Возвращаться с работы, зная, что тебя ожидает любимый человек. Торопиться на пятый, не дождавшись лифта и принимать в объятия визжащее лохматое счастье. Потом они заберутся на диван и примутся обниматься, а в перерывах, между поцелуями, можно рассказать, какие сложные штуки он умудрился сегодня придумать. Ему вновь расскажут, что он - самый умный на целом свете и предложат наивкуснейшую пиццу, созданную по рецептам древних ацтеков или ароматный борщ, завещанный самим Тутанхамоном.

  А ближе к полуночи он будет лежать, совершенно обессиленный и смотреть в потолок. В ухо примутся сопеть самые милые ёжики на свете, а он ощутит себя наисчастливейшим человеком во всём мире. А потом придёт сладкий сон. И вновь наступит утро и он отправится на работу и вновь вернётся домой...

  Вернётся в пустую квартиру, где найдёт обрывок бумаги с быстрыми строчками, наползающими друг на друга и прыгающими буквами, складывающимися в непонятное: "Прости меня, пожалуйста. Ты ни в чём не виноват. Не ищи. Так надо."

  Что это значит? Он стоял и тупо смотрел на листок бумаги, за которым прятался зловещий обрыв в ничто. Такое можно написать человеку, с которым едва знаком, с которым никогда не делился планами на грядущее, вписывая в них обоих. Чёрт побери, не с тем, с кем серьёзно обсуждал возможность пойти под венец уже в этом году! Они ведь вполне серьёзно обсуждали имя будущего ребёнка, будь то мальчик или девочка. Как заливисто хохотала Света, стоило ему озвучить откровенно идиотский вариант, так популярный в среде продвинутой молодёжи. Он заражался её звонким смехом и очень долго они катались по полу, подобно двум счастливым идиотам.

  То злосчастное послание он перечитал бессчётное число раз, но так и не смог проникнуть в потаённый смысл букв, сложить их воедино. Может быть шутка? Светлана могла пошутить и могла пошутить неудачно. Он и сам не был безгрешен в этом отношении. Но телефонный номер не отвечал, почта оказалась заблокирована, а все статусы удалены. Подруга кардинально удалила все следы своего существования, точно долгое время он общался с призраком.

  Но ещё несколько дней он надеялся на розыгрыш, молился, точно истинный верующий. Бог то ли спал, то ли не заметил ещё и этой просьбы, посреди мириадов других и все старания пропали втуне. Ни в это день, ни в следующий, ни через неделю Света так и не появилась.

  Он не сдавался и пытался искать. Но квартиру, которую девушка снимала прежде, заселили другие люди; подруги разводили руками, а хозяин цветочного салона, где Светлана работала, сказал, что работница уволилась, вот уже месяц как. Ни единой зацепки и в отчаянии он даже думал обратиться в полицию и заявить о похищении.

  Друзья отговорили от безрассудного шага и кто-то из них сказал, дескать она была недостойна его. Идиот! Он едва не набил придурку морду. Откуда он мог знать? Никто не всматривался в свет, исходящий от её лица, не замечал сияния, окутывающего Свету. Только он знал, какая она весёлая, умная и чудесная.

  Всё валилось из рук. Работа совершенно не клеилась и начальник предложил отправиться на пару недель в отпуск. В отпуск, который он планировал провести с ней! Нет, ему не нужен был отдых, он нуждался в Свете. В пропавшей Светлане. Без неё его душа превратилась в опустевший сад, где холодный ветер обрывал последние листья с некогда цветущих деревьев.

  Работа совсем перестала его интересовать и результат не замедлил себя ожидать: он допустил крупную ошибку. Почти завершённый проект, плод работы целого отдела, оказался уничтожен. Накрылась премия и коллеги, прежде сочувственно относившиеся к его горю, начали высказывать недовольство. Начальник уже не предлагал, а навязывал отдых, намекая, что альтернативой станет увольнение.

  Но он боялся отпуска, боялся того, что предоставленный сам себе не сможет сдержать непрошенные мысли и желания.

  "Света, прошу тебя, вернись! Я даже не стану спрашивать, где ты была!"

  Позавчера он, послушав дурацкого совета друзей, купил бутылку коньяка и выпил её за вечер. Не помогло, так же, как и тот поход в ночной клуб, когда счастливые люди лишь бесили его, а всякий девичий голос заставлял оглядываться, в поисках знакомого лица. Стало ещё хуже: жалость к себе охватила с такой силой, что он не сумел удержать слёз, перелистывая фотки в телефоне. На следующий день - похмелье, насмешливые взгляды сотрудников и настойчивое покашливание шефа.

  Всё катится к чёрту.

  И вот наступил сегодняшний день. Он едет на работу, согревая слабый огонёк безнадежной надежды, что вернувшись домой ощутит знакомый запах и милый голос шепнёт в ухо: "Прости за всё". Нет, не шепнёт и тёплые руки не обовью его шею. Шансов нет и жизнь кончена. Остаётся дождаться вечера и купить ещё одну бутылку коньяка. И чёрт с ней, с головной болью, с тоской и взглядами посторонних!

  Он поднялся наружу, вынесенный общим потоком и почти не контролируя собственные движения. "Как ничтожная элементарная частица, - мелькнула насмешливая мысль, безжалостная в своей правоте, - Ничтожная, никому не нужная, частица". Сейчас этот атом социума преодолеет последний квартал и отправится на обычную орбиту, где и останется до самой смерти. Пусть она придёт поскорее!

   Мысль о суициде настигла его так внезапно, что даже затошнило. Пришлось вырваться из толпы и отойти в сторону. Лица, серые и бесстрастные, вызывали ужас и чтобы отвлечься, он нырнул в один из переулков. Плюхнул дорогой туфлей в грязную лужу, но даже не заметил этого, уставившись на вывеску, красивую в своей неряшливости и винтажной нелепости.

  "Узнай будущее! - гласила надпись, вылетающая из уст толстой, то ли цыганки, то ли молдаванки, - Времени осталось мало. Успей!"

  "Хочу ли я узнать будущее? - спросил он сам у себя и себе же ответил, - Конечно, же хочу! Хочу узнать, вернётся ли Света!"

  Раньше бы он только посмеялся, предложи кто-то посетить нечто подобное. Да что там, он и к астрологическим прогнозам относился с саркастической насмешкой, издевательски комментируя похождения водолеев и козерогов. Видимо его извилины успели сплестись в такой узел, в переплетениях которого напрочь исчезла прежняя логика.

  Чёрт побери, да он просто жаждал нелогичного, сверхъестественного чуда!

  Именно поэтому Константин решительно толкнул неказистую деревянную дверь и шагнул внутрь. В мягком полумраке поначалу потерялись очертания окружающего мира и единственное, что он ощущал - странную смесь пряных запахов, навевающих мысли об экзотических странах. Нечто подобное встречалось на рынках Египта. Впрочем, никаких неприятных ассоциаций.

  Бодров присмотрелся и по мере привыкания глаз к тусклому освещению, начал различать подробности обстановки. Небольшая комнатка, определённо служащая приёмной салона, или как там эта штука называется. Над пустой стойкой - огромный плакат. Изображение порядком выцвело, от времени, но ещё можно разглядеть тучную женщину в чём-то, наподобие хиджаба. У стены стоял дряхлый стул, на котором сидел столь же древний старик и вроде бы спал. За стойкой различались опадавшие складками шторы, из-за которых пробивался синий свет. Очевидно, идти предстояло именно туда.

  Когда молодой человек проходил мимо спящего старика, тот приоткрыл один глаз и пробормотал неразборчивое приветствие. Потом принялся храпеть пуще прежнего.

  Следующая комната оказалась несколько больше: круглый зал, потолок которого исчезал во мраке, а на стенах слабо мерцали синие магические знаки. Посреди помещения располагался огромный овальный стол с мутным стеклянным шаром посредине. Кроме того, на полированной поверхности лежали стопки карт, различного размера и стояли толстые огарки свечей.

  Но весь магический антураж вызвал лишь мимолётный интерес гостя, потому что всё его внимание оказалось поглощено хозяйкой. Женщина огромных размеров сидела за столом и казалось, дремала. Оценить размеры ведуньи не представлялось возможным из-за множества накидок и покрывал, на её теле. Цветастый платок оказался надвинут почти на самые глаза и лишь несколько тёмных прядей выбивались наружу.

  - У нас гости, - пробормотала гадалка, не открывая глаз и протянула руку, накрыв ладонью одну из колод, лежавших на столе, - Молодой человек желает знать будущее.

  - Да, мне хотелось бы кое что узнать, - выдавил парень, сражаясь с желанием развернуться и покинуть это гнездо мошенников и мракобесов.

  - Молодой человек остался без пары, - задумчиво проворковала ведунья и толстые пальцы, украшенные множеством перстней побарабанили по картам, - И впал в отчаяние.

  - Откуда...Откуда это вам известно?

  - У каждого - своя работа. Ты проектируешь машины, я - читаю в душах, - женщина широко ухмыльнулась, сверкнув золотыми зубами, - Да ты садись, садись. Дорога тебе предстоит дальняя, не из лёгких и приятных.

  Он хотел было возразить, что просто идёт на работу, но в голове бурлило столько мыслей, что не в силах сконцентрироваться, парень просто плюхнулся на старый скрипучий стул. Пока гость устраивался поудобнее, гадалка провела рукой по столу и колода карт сама собой развернулась в ряд разноцветных прямоугольников. Ведунья приоткрыла один глаз.

  - М-да, была у тебя, дорогой, большая любовь, да вся вышла. Долго была, год или около того, - одна из карт улетела прочь со стола, - Глупость какая! Почему ушла - не скажу, незачем. Да, дорогой, дорога дальняя, да казённый дом, прямо, как в песне. А ну, дай ка руку, яхонтовый ты мой.

  Улыбаясь опереточным манерам хозяйки, Константин протянул ладонь, которая тут же угодила в цепкие пальцы гадалки. Та склонилась над столом, едва не касаясь носом руки парня. Смуглое лицо сначала отразило заинтересованность, потом - недоумение и раздражение, словно посетитель в чём-то обманул ведунью.

  - Странный ты человек, - пробормотала женщина и повернула ладонь так, чтобы та стала видна Константину, - Сам смотри: линия жизни обрывается, а потом опять начинается, причём второй раз идёт гораздо глубже и чётче. Будто ты только тогда и начнёшь жить по-настоящему. Ну да ладно, попробуем разобраться, в чём дело.

  Она отпустила посетителя и подвинула к себе магический шар на подставке. Сняв мутную сферу с крепления, гадалка повертела её в руках. Должно быть женщина нажала на какую-то невидимую кнопку, иначе чем объяснить то, что грязно белый шар внезапно озарился голубым сиянием и стал почти прозрачным. Константин, ошарашенный происходящим, попытался рассмотреть внутренность волшебного предмета, но различил лишь быстро скользящие тени. Гадалка же пристально вглядывалась в призрачные картинки и кривила лицо, точно видела нечто непонятное.

  - Давно был в джунглях? - она покосилась на посетителя и тот отрицательно качнул головой, - В зоопарке? Цирке? Занимался дрессурой диких животных? Впрочем, о чём это я - ты же всю жизнь просидел за компьютером...

  Загадка её всезнания поразила Константина до такой степени, что он замер с открытым ртом, ожидая, если не откровения, то хотя бы совета, как ему поступить дальше. Впрочем, ничего подобного он так и не дождался; ведунья раздражённо отшвырнула шар. Тот вновь превратился в прежнюю мутную сферу и с гулким грохотом упал на пол. Гадалка бессильно откинулась на спинку своего кресла и закрыв глаза тихо сказала:

  - Уходи. Твоё будущее, для меня - закрытая книга, на непонятном языке. Хочешь - заплати, не хочешь - не плати, я не настаиваю.

  Молодой человек оказался так поражён талантами хозяйки, что всё же решил расплатиться. Тем более последние дни напрочь выбили прежнюю жажду денег, которые всё равно не на кого потратить. Константин достал стодолларовую купюру и положил на стол. Гадалка приоткрыла один глаз, внимательно изучила подношение и сказала в спину уходящего посетителя:

  - Дам тебе, милый, один совет: коли надумаешь что-то делать, менять жизнь - делай сразу же. Выйдешь от меня и сразу слушай, что сердце подсказывает. Бросай остальные дела, какими бы важными они не казались: судьба не терпит проволочек.

  Совершенно сбитый с толку Бодров остановился у входа в салон и почесал затылок. Если подумать, за что он отдал сотку баксов? Никакой ценной информации, никаких рекомендаций, если не считать последнего странного совета. Нет, правильно говорят, что все эти аферисты умеют затуманить голову любому человеку! Делай всё без проволочек, ха! Что он может делать, куда ехать?

  И тут его осенило. Как-то Света упоминала родителей, которые живут в пригороде, а он даже не подумал, что девушка могла укрыться именно у них. Вот тупица! Правда он не знает точного адреса, но в наше время получение подобной информации - лишь вопрос времени. И даже если Светланы там не окажется, её родители смогут подсказать, где она.

  "А как же работа? - спросил он себя и себе же ответил, - В этом гадалка права: если что-то задумал, нужно делать сразу, пока не навалились сомнения и неуверенность".

  Пока парень направлялся к станции метро, он успел обдумать план ближайших действий и набрать номе шефа. В голосе начальника прозвучала некоторая озабоченность: какой ещё фортель может выкинуть проблемный подчинённый? Впрочем, услыхав о просьбе предоставить короткий отпуск, сразу же обрадовался.

  - Костя, господи, какие проблемы! - в сипловатом голосе давнего курильщика прозвучала нотка любопытства, - Вижу, у тебя настроение получше вчерашнего. Надеюсь, это - так?

  - Типа того, - Константин действительно ощутил некий внутренний подъём, точно включились неведомые резервы, - Возможно, мне ещё удастся побороться со своими демонами.

  - Удачи, - шеф облегчённо вздохнул, - Не хотелось бы терять ценного работника. Сколько планируешь бороться?

  - Думаю, недели будет вполне достаточно.

   - Ну, ни пуха, ни пера. Ещё раз - удачи.

  - К чёрту. И большое вам спасибо за поддержку.

  Путь к гаражам пролетел, точно во сне и уже через час автомобиль Бодрова вырвался за пределы города и принялся рассекать пространство свободное от новостроек окраины. Проигрыватель бумкал ритмичной музыкой и настроение Константина неудержимо стремилось вверх. Парень уже не сомневался, что идёт по следу пропажи и скоро обнаружит пропавшую девушку. Светлана наверняка успела понять, какую ошибку совершила и ждёт его. А если даже и нет, то пусть хотя бы скажет ему в глаза, почему ушла.

  Автомобиль в полном одиночестве нёсся по ответвлению шоссе, ведущему в нужный посёлок. Именно в этот момент его догнал чёрный Виано. Минивэн некоторое время шёл нос к носу с машиной Бодрова, но тот, поглощённый мыслями, не сразу обратил внимание на странное поведение соседей по трассе. И лишь когда его автомобиль начали вполне очевидно прижимать к обочине, парень понял, что происходит нечто неладное. Высунулся в окно и крикнул, обращаясь к тонированным окнам чёрной машины:

  - Какого чёрта тебе нужно?

  Ответа он не получил, но у него появилось ощущение чьего-то пристального недоброго взгляда. От этого мурашки бежали по коже и выступала испарина на лбу. Представилось, что в зловещем минивэне нет ни единой живой души, а сам он доверху заполнен мраком и этот мрак ведёт охоту на одиноких автомобилистов.

  Испуганный собственными фантазиями, парень попытался сбросить скорость, чтобы ускользнуть от преследователей. Не тут то было: чёрный автомобиль не отставал, повторяя все его маневры. Он приблизился к машине Кости почти вплотную, нависая над ним тёмной блестящей стеной. Стало жутко, как в липком кошмаре от которого невозможно пробудиться.

  - Да мать же твою! - заорал молодой человек.

   И в этот момент минивэн ударил его своим бортом.

  Удар оказался несильным, но на высокой скорости это привело к катастрофическим результатам. Автомобиль Бодрова опрокинулся на бок и проскользив так несколько десятков метров, кувыркнулся в кювет.

  Константин видел, как мир бешено вращается вокруг него, точно он оказался на некой безумной карусели. Летело битое стекло, а руль норовил ударить по рукам. После серии сильных ударов последовал последний - самый мощный. Он почти отключил сознание молодого человека, но тот ещё мог слышать чьи-то голоса, доносящиеся из подступающего мрака:

  \- Тащи его. Осторожнее, придурок!

  - Стараюсь. Твою мать, нахрена ты так сделал? Сократил время?

  - Забыл спросить. Что у него с рукой?

  - Бруно нас нахрен убьёт...Да, нет, всё норм.

 

 

16.

  

  

  

   Старые ступени протестующе поскрипывали под ногами и прогибались, ухмыляясь чёрными ртами щелей. Не менее древние поручни шатались, когда она пыталась опереться на них, отчего появлялось опасение рухнуть в сумрачный холл гостиницы. Многолетняя (столетняя?) пыль пыталась набиться в ноздри и щекотала нос изнутри. Хотелось от души расчихаться, а ещё лучше - спуститься и покинуть проклятое место обслуга которого никогда не слышала о существовании пылесоса.

  Жанна медленно спустилась со второго этажа, где снимала номер и остановилась у стойки ресепшена. Девушка в сомнении изучила посапывающего старика, который водил носом по древнему дереву. Рядом с седой головой портье (или кто он?) лежала стопка выцветших журналов, кажется, родом ещё из Советского Союза.

  Отдать ключ? Журналистке показалось, что один глаз у служащего приоткрылся, но усиливающийся храп намекал, что она ошибается. Пожав плечами Жанна бросила ключ в карман джинсов и вышла на улицу.

   За спиной осталось небольшое двухэтажное здание с крошечной чёрной вывеской, где облезшие буквы гордо именовали заведение: "Континенталь". Прочитав название первый раз Жанна не смогла удержаться от улыбки. Пришлось очень долго блуждать по улицам не такого уж и маленького городка, прежде чем кто-то из жителей сумел показать ей нужный объект.

  Впрочем, эти блуждания тоже принесли свою пользу. Оказалось, Лисичанск много старше, чем можно себе представить. Некоторые здания явно возводились под влиянием средневековых европейских зодчих, а мостики через пересыхающую реку так и вовсе наводили на мысль о глубокой старине. Кроме того Жанну заинтересовал древний памятник королеве Лилии. Кто она? Зачем стоит на коленях, словно просит прощения? Почему Зорина никогда прежде не слыхала о такой? Вопросы...

  Обнаружив гостиницу, журналистка долго не могла поверить, что вот это обшарпанное здание, ничем не отличающееся от таких же дряхлых пенсионеров, по обе стороны улицы, действительно готово принять постояльцев. Но её удивление оказалось лишь слабой тенью изумления, которое испытал администратор, игравший в карты с седым портье. Оба некоторое время раскрыв рты смотрели на девушку и лишь потом переспросили: неужели ей действительно нужен номер? Судя по всему, последний гость жил здесь лет сто назад, не меньше.

  Номера в пыльном здании оказались так себе. Но всё же лучше, чем некоторые, куда её угораздило попадать на курортах и много лучше, чем она ожидала после такого приёма. Старый телевизор вполне чётко демонстрировал полсотни каналов, кондиционер глухо урчал, освежая воздух и даже имелся рабочий стационарный телефон. В душевой отсутствовали неизбежные хозяева номеров в дешёвых отелях - тараканы. А вот с водой возникли некоторые проблемы, поэтому перед сном пришлось принимать душ из ледяной воды. Но и это оказалось к лучшему - холодные струи сбили напряжение дурацкого дня и девушка спокойно проспала до самого рассвета.

  И вот сейчас Жанна неторопливо шагала по извилистой улочке, поросшей высокими старыми деревьями. За их редеющими кронами терялись дряхлые двухэтажные постройки, напоминающие ворчливых стариков, подслеповато вглядывающихся в незнакомку тусклыми глазами окон. А незнакомке позарез требовалось не пропустить нужную тропинку, ведущую к прокату автомобилей. Только так Зорина могла почувствовать себя полноценным человеком, а не каким-то инвалидом.

  Жанна усмехнулась, внезапно вспомнив курьёз, связанный с её вселением в гостиницу. Отель оказался собственностью того, кого она приняла за администратора и держал заведение тот скорее для собственного удовольствия. Последний посетитель здесь ночевал действительно весьма давно, поэтому хозяин долго совещался с седым портье, обсуждая стоимость комнаты. В конце концов старик назвал сумму, тут же поинтересовавшись, не загнул ли он? Девушка улыбаясь успокоила его и расплатилась. Названная такса казалась смехотворной даже в условиях дикой провинции.

  Посмеиваясь над незадачливым бизнесменом, Жанна едва не пропустила нужный поворот, спрятавшийся в пышных кустах. Спустя полсотни шагов перед ней открылась небольшая площадка под ржавым навесом, где висела перекошенная табличка: "Эксклюзив". Похоже местные жители просто обожали подобные громкие вычурные названия.

  Ну и да, выставленные автомобили претендовали на эксклюзивность. Своей древностью. Таких старых Фордов и Ниссанов Зорина не видела уже давным-давно. Скептически изучив четырёхколёсную рухлядь, Жанна тяжело вздохнула и направилась в офис. Ну, в смысле, в ободранную будку с запылившимися окнами и натужно хрипящим кондиционером.

  Внутри оказалось жарко и душно, отчего возникал вопрос: зачем дребезжит коробка в окне? Конторка, за которой должен был кто-то сидеть, скучала в одиночестве. Осмотрев антикварный звонок, лежавший в высохшей лужице чего-то липкого, девушка осторожно коснулась его пальцем. Глухо брямкнуло.

  - А, что? - из-под стойки вынырнула взлохмаченная голова, а после появилось и неуклюжее остальное, сжимающее в руках древний ноут, - Добрый день. Чего желаете?

  - Скорее, доброе утро, - журналистка улыбнулась, рассматривая угри на физиономии подростка, - Насколько я понимаю, здесь можно взять на прокат автомобиль. Ну, тот, который способен передвигаться. Есть же такие, я надеюсь?

  Парень взлохматил свои, и без того растрёпанные, волосы.

  - Ну, вообще-то, теоретически, они все способны передвигаться, - внезапно взгляд юноши стал очень хитрым, - Впрочем, я могу предложить вам собственную машину. Если вы согласитесь взять меня, в качестве водителя. По рукам?

  Зорина ощутила, как её разбирает смех. Так к ней ещё никто не клеился. Что за глухомань, да ещё и так близко от столицы? Может она угодила в параллельную реальность?

  - Какая из ваших развалин самая самоходящая? - со вздохом сказала девушка, - Парень, не обижайся, но я предпочитаю возить себя сама. Все взрослые девочки так делают.

  Всё-таки парень обиделся, потому что заполняя нужные графы он ни разу не поднял глаза и не сказал ни слова. Однако Жанне требовались не только ключи от старой рухляди, но и кое какая информация. Поэтому девушка изобразила свою козырную "улыбку соблазнительницы", способную растопить даже сердце снеговика и добавила в голос концентрированную порцию мёда.

  - Ну, не будь таким букой. Просто мне необходимо съездить в ваш институт и взять там парочку интервью. Я ведь - журналистка, представляешь? После основной работы могу собрать материал о людях Лисичанска, в том числе и о его молодёжи, как? Кстати, ты не мог бы подсказать самую короткую дорогу к вашему светочу науки?

  Парень внезапно вскинул голову и Жанна увидела гримасу страха на побледневшем лице.

  - Я не понимаю, о чём вы говорите, - чётко сказал молодой человек и тут же опустил взгляд, - Нет у нас никакого института.

  - Да ладно! - она рассмеялась, ощущая лёгкую нервозность. Чувство нереальности происходящего, преследовавшее девушку вчера стремительно возвращалось, - Ну ладно, чёрт с тобой, я согласна покататься вместе с личным водителем, только немного напряги память.

  - Можете забирать свой автомобиль, - парень протянул ей ключи и она ощутила дрожь пальцев с обкусанными ногтями, - Он на пятой площадке.

  Пребывая в состоянии лёгкого офигевания, Жанна обошла вокруг своей Короллы, поражаясь тому, что восьмидесятки ещё способны передвигаться самостоятельно. Движок тарахтел точно обдолбаный дятел, но старая рухлядь перемещалась вполне шустро и практически не подпрыгивала на многочисленных ухабах.

  Итак, девушка получила необходимые четыре колеса и ещё один повод для удивления. Впрочем, пустота в желудке очень скоро переместила все странности на второй план и вынудила искать место для перекуса. Вообще то, максимум, на что она надеялась - на шаурмячную "У Васгена", но испытала ещё один шок, обнаружив блестящую вымытым стеклом витрину "Макдональдса".

  - Лисичанск - город контрастов, - пробормотала Зорина, паркуя автомобиль между двумя Нивами. В прицепе коричневого внедорожника жизнерадостно хрюкали маленькие жирные поросята, - Буду писать книгу, так и назову.

  Внутри оказались до боли знакомые стойки, столики и вывески с дежурными блюдами, что даже показалось странным, после всего остального. Впрочем, оно и к лучшему - островок привычного в море непонятных происшествий. Очереди не было и Зорина спокойно заказала картошку, пару бургеров и большую колу. Получив заказ, девушка отошла в угол, откуда получила возможность наблюдать за небольшим залом кафе.

  Людей присутствовало совсем немного - не больше десятка и это её не удивило: самое начало рабочего дня. Мужчины и женщины среднего возраста, одетые в простые одежды - очевидно владельцы тех, видавших виды, автомобилей на парковке. Посетители торопливо поглощали еду и Жанна заметила, как парочка мужчин деревенского вида, тайком подливают в колу что-то прозрачное. Определённо не воду. Меню кафе явно претерпевало определённую мутацию.

  Девушка лениво поднесла бургер ко рту, бросила взгляд в окно и откушенный кусок встал поперёк горла. Пришлось откашляться и запить большим глотком колы. На мгновение журналистке показалось, что свет утреннего солнца сменился ночным мраком, а в лицо дунул ледяной ветер. На парковке невесть откуда появился её недавний кошмар - машина-призрак, едва не сбросившая автомобиль девушки в кювет. На мгновение Зориной представилось, что из открытых дверей минивэна появятся жуткие потусторонние монстры.

  Однако в кафе вошли два самых обычных человека, чьи одежды, правда, контрастировали с одеяниями остальных посетителей. Классические костюмы тёмных тонов сидели по фигуре владельцев и опытный взгляд Жанны тотчас оценил их совсем немалую стоимость. Впрочем, стоило девушке увидеть лицо одного из пришельцев и она тотчас забыла о костюмах и их цене. Журналистке захотелось уменьшиться до микроскопических размеров, стать незаметной, точно крохотная мышка.

  Этого человека она уже видела. Он был одним из тех, кого она тогда видела в зоопарке. Спутать Зорина не могла: её память на лица ещё ни разу не подводила владелицу. Стало быть проклятая машина, едва не угробившая её на подъезде к Лисичанску, имела непосредственное отношение к таинственному институту.

  Жанна ощутила возбуждение и радость: надо же, она ещё не успела начать поиски, а у неё уже появились проводники. Пусть невольные, но - проводники, которые отведут исследовательницу к цели. Единственное, о чём стоило пожалеть, так это о чемоданчике, который остался в номере. Однако и это не имело особого значения; сейчас Зорина просто выяснит местонахождение института, а уж затем вернётся, вооружённая всем необходимым, для работы.

  Мужчины, за которыми она наблюдала, не стали есть в кафе, а забрали пакеты с заказом и покинули помещение. Жанна торопливо допила колу, едва не пролив напиток на грудь и бросилась к выходу. Кто-то из разбавлявших водкой колу пошутил насчёт неплохой задницы, а другой согласился, что и сиськи - ничего себе. Впрочем, Зориной было не до того: она едва не свернула шею, наблюдая за парочкой, занимавшей места в минивэне. Мужчины перебросились парой тихих фраз и захлопнули дверцы, превратив автомобиль в ту самую зловещую машину-призрак.

  Зорина задержалась у выхода, напряжённо ожидая, когда минивэн отъедет от кафе. Играть в шпионов, так уж до конца, усмехнулась девушка, наблюдая за урчащим авто, неторопливо выезжающим с парковки. Лишь убедившись, что теперь её точно никто не увидит, она подбежала к своей развалине и прыгнула за руль. Когда Жанна вставила ключ в гнездо зажигания, один из поросят в прицепе, высунул свой пятачок наружу и с любопытством уставился на "шпионку".

  Проклятый двигатель не заводился.

  - Да чёрт бы вас всех побрал! - выкрикнула Жанна, наблюдая, как тёмное пятно минивэна все дальше мелькает за деревьями.

  Поросёнок сочувственно хрюкнул.

  - Быть не может, чтобы и эта сломалась так не вовремя! Журналистка яростно стукнула кулаком по баранке руля и ещё раз повернула ключ, - Это что, эпидемия?

  Двигатель заурчал. Поросёнок взвизгнул от радости и пропал из виду. Очевидно пошёл рассказывать братьям и сёстрам о счастливом событии. Но Жанне было не до него. Она пыталась выжать из своего корыта максимум скорости. При этом приходилось рыскать взглядом, отыскивая пропажу. Вот впереди мелькнуло что-то тёмное и Зорина утопила педаль газа в пол. Сбить кого-то? Смешно! Трафик тут приближался к отрицательным значениям. Да ещё и чёртов раритет, очевидно благоговел перед правилами движения, наотрез отказываясь превышать допустимую скорость. Стоило попытаться превысить лимит и автомобиль начинало трусить, как в лихорадке.

  - Весьма законопослушная машина, - пробормотала журналистка, поворачивая за угол, - Ну уж теперь меня точно никто не оштрафует за превышение!

  В самом конце длинной улицы темнел зад фургона и девушка ощутила бессильную злость: на этой колымаге ей явно не догнать автомобиль, с лёгкостью делающий полторы сотни. Уж Зорина то помнила, как проклятая машина издевалась над ней на шоссе. Мало неприятностей, так ещё и на дороге началась полоса колдобин, больше напоминающая полигон для внедорожников.

  Фургон скрылся за очередным поворотом, а девушка начала терять надежду. Её автомобиль трясло и подбрасывало, да так, что руки слетали с баранки. В таких условиях вождение превращалось в какой-то извращённый раллийный заезд и приходилось напрягать все силы, удерживая развалюху от попыток съехать на обочину.

  - Вот здесь и таится погибель моя! - шипела Зорина щёлкая зубами в опасной близости от языка, - Если эта рухлядь не развалится в ближайшие минуты, я точно врублюсь в какое-нибудь дерево!

  Тем не менее, Жанна и не думала сбрасывать скорость, ибо не привыкла отступать, даже в самых безнадежных ситуациях. И в этот раз упорство оказалось вознаграждено: стоило автомобилю очередной раз повернуть и перед глазами водителя открылась широкая площадка. По краям открытого пространства стояли какие-то магазинчики, а дальше начинался знакомый уже лес. Зелёную поросль рассекала одна единственная дорога и других Зорина не видела.

  Следовательно, если проклятый автомобиль не растворился в воздухе (а девушка не удивилась бы и эдакому), то он должен был проследовать именно этим путём. К сожалению лесная дорога петляла, поэтому преследовательница не имела возможности видеть, так ли это.

  Направляя автомобиль между высоких деревьев, Жанна отметила пару любопытных фактов. Во-первых: трасса выглядела весьма древней, точно её проложили в невообразимую старину, между истреблением мамонтов и возведением египетских пирамид. Второе, дорога, по которой приходилось передвигаться, напрочь отсутствовала на тех полутора картах, которые журналистке удалось раздобыть. Впрочем, кого это удивит, после всей хрени, происходящей вокруг?

  Поэтому Зорина лишь следила за поворотами, да удивлялась тому, что старинный тракт оказался по качеству много лучше асфальтового безобразия улиц Лисичанска. Деревья по сторонам казались ещё выше, чем с другой стороны городка и Жанна с благоговением поглядывала на зелёных исполинов, гадая, что будет, если один из древних великанов рухнет на дорогу.

  Общее впечатление, от путешествия по заповедным местам, к сожалению омрачало надсадное тарахтение движка, иногда сменяющееся протяжным визгом. К счастью, транспортное средство продолжало двигаться вперёд, а большего от него и не требовалось.

  Девушке показалось, что она заметила странный высверк между деревьев, но скорость, даже столь незначительная оказалась чересчур велика и любопытное место осталось далеко позади. Зорина притормозила было, раздумывая, не вернуться ли, но передумала. Если что, осмотрит на обратном пути.

  Внезапно впереди мелькнуло нечто тёмное и девушка обрадовалась было, решив, что начала догонять минивэн. Однако тут же выяснилось, что увиденные предмет - много меньше и гораздо спокойнее. Точнее - просто стоит посреди трассы, положив руки на пояс, увешанный полицейской амуницией. Ибо какая ещё может быть у полицейского? Солнцезащитные очки стража порядка равнодушно отражали приближающийся автомобиль, пока тот не замер в паре метров от полицейского.

  Журналистка испустила сдавленный стон и стукнула сжатыми кулаками по рулю: да что же это такое! Неприятности и не думали отлипать от неё. А в особенности, неприятности, связанные с этими чёртовыми полицейскими, точно сговорившимися преследовать её. Сначала те двое, а теперь - этот. Наверное ему просто передали Зорину по смене. Ну уж если он решит придраться к превышению скорости, то Жанна просто отдаст ключи от развалюхи: пусть посмотрит, как эта срань умирает на ходу.

  Полицейский очень медленно, как то по-кошачьи, подошёл ближе и наклонился к окну водителя. Несколько секунд он молчал, точно дав возможность девушке рассмотреть своё отражение в зеркальных стёклах очков. Потом заговорил приятным хриплым баритоном:

  - Доброе утро. Капитан Смирнов. Позвольте взглянуть на ваши документы.

  - А что случилось то? - Зориной почему-то казалось, что она уже где-то видела этого человека, - Превышаю? Вожу в нетрезвом виде?

  - Глупости, - полицейский равнодушно улыбнулся, показав два ряда безупречно белых зубов. Его улыбка напоминала какую-то, до смерти надоевшую, рекламу зубной пасты, - Просто ваш автомобиль напоминает другой, недавно угнанный злоумышленниками.

  - Очевидно, из музея, - Жанна едва не расхохоталась, представив, как антиквары ночной порой угоняют четырёхколёсную рухлядь и сдают её в прокат, - Я взяла это старое дерьмо в прокате, потому что мой автомобиль отказался сотрудничать, - она протянула пакет с документами, - Признайтесь, вы шутите? Кому могла потребоваться эта куча металлолома?

  Мужчина взял её документы и принялся изучать. Тем временем журналистка рассматривала его и размышляла, пытаясь таки вспомнить, где же ей встречался этот страж порядка? Вспомнить Зорина так и не смогла, но у неё появилось ощущение, что полицейский не столько читает информацию, сколько глядит на путешественницу. По крайней мере у Жанны возникло чёткое ощущение постороннего пристального взгляда.

  - Приношу свои извинения, - в голосе не прозвучало и нотки вины, - Однако вы не сможете продолжить ваше путешествие по этой трассе. Впереди ведутся дорожные работы: роется котлован. Согласитесь, было бы крайне неприятно, если бы ваш автомобиль упал в яму?

  - А как же чёрный мерседес, который ехал впереди? - запальчиво возразила девушка, решив идти до конца, - Или в нём ехали дорожные рабочие? Их то вы почему пропустили?

  - Мерседес? Чёрный? - полицейский нахмурился и снял очки, - Боюсь, вы ошибаетесь. Последним автомобилем, проехавшим здесь, был автобус, который утром привёз рабочих. И это - всё.

  Жанна раздумала спорить. Совсем. Увидев холодные змеиные глаза ранее скрытые под очками, она тотчас вспомнила, где прежде видела этого человека. Это был напарник того, уехавшего на чёрном минивэне и именно их обоих девушка видела тогда в зоопарке. Причём именно полицейский командовал всем.

  - Возвращайтесь в город. Поищите другую дорогу.

  - Да, да, конечно, - она разворачивала машину под пристальным взглядом змеиных глаз. В этот миг Зорина ощущала лёгкую тошноту и общую слабость.

  Когда машина журналистки скрылась из виду, полицейский почесал нос очками. Потом достал телефон.

  - Ну да, - в голосе, казалось скрипел арктический лёд, - Вы допустили, чтобы она села вам на хвост - непростительная глупость. Буду вынужден сообщить об этом по инстанции. Касательно этой идиотки...Девочка заигралась, пришло время её остановить.

 

 

17.

  

  

   Он слышал непрерывный гул в котором, казалось, тонули остальные звуки мира. Хотелось избавиться от назойливого шума, посмотреть, что именно издаёт это назойливое гудение, но перед глазами плескался лишь мрак. Однако, не такой, что закрывает ночное небо, а тягучий, липкий, обволакивающий со всех сторон, как болотная жижа. И в этой кисельной темноте, прорываясь сквозь постоянный назойливый шум, изредка возникали чьи-то голоса. Кто-то произносил слова, болезненными волнами врывающиеся в его череп и раскатывающиеся волнами по стенкам раскалённого черепа.

  Что происходит? Что случилось?

  Желание рассеять мрак неизвестности оказалось столь мощным, что на несколько мгновений ему удалось сосредоточиться. И во внезапной вспышке прозрения он сумел сообразить: вокруг темно, потому что у него сомкнуты веки. Значит необходимо их поднять и тогда он увидит, где находится и что издаёт проклятый гул.

  Но тут же другая мысль сбила первую и оттеснила её во тьму. Да и то, это оказалось гораздо важнее: кто он такой? Как его имя? Поначалу казалось, будто решение поставленного вопроса - дело считанных мгновений, но время шло, а ответа не находилось Приходилось всё больше напрягать затуманенный мозг, проникая в его дальние уголки. Но тщетно! Ни имени, ни прошлого - ничего.

  Тогда он решил вернуться к изначальной проблеме. Возможно, если удастся открыть глаза и увидеть окружающий мир, память вернётся сама собой? Он схватился за эту идею, как утопающий хватается за соломинку - точно! Стоит поднять веки и всё сразу станет ясно.

  Однако неудачи продолжали преследовать его: веки оказались тяжёлыми, точно могильные плиты и напрочь отказались подниматься. Может их нужно поднять руками? Но рук не оказалось. Он не чувствовал ни рук, ни ног, ни остального тела! Осталась несчастная голова, в которой испуганными птицами метались раскалённые мысли, да звенели чьи-то голоса. Он должен был испытать отчаяние, но чувства оказались подавлены и погружены во мрак, как и всё остальное. Пришлось покориться.

  Тем временем голоса отдалились, слились в неприятный звон, смешавшись с изначальным гулом. А может, это и не голоса вовсе? Он встрепенулся: точно! Это же будильник, который поднимает его на работу. Чёрт, на какую работу? В этот раз память оказалась несколько милосерднее и позволила увидеть некую расплывчатую картинку с большим светлым помещением и тенями людей. Он попытался ухватиться за воспоминание, использовать его, как якорь в туманном призрачном ничто. Но всё уже таяло, рассыпаясь на непонятные обломки.

  Однако, если он не встанет, то его могут наказать! Постой, куда же он опаздывает? Конечно же в школу! Сейчас подойдёт мама и возьмёт за плечо своей тёплой рукой...

  Мама! Почему её лицо плывёт во мгле, расплывается, исчезает? Размытая фигура отступает всё дальше и дальше. Стой, не уходи! Я сейчас встану, обязательно встану, обещаю! Нет сил... И глаза, он никак не может открыть глаза.

  А может, это и не мама? А кто? Света? Это имя...Не помню! Света должна вернуться. Она вернётся и они станут жить вместе. Поженятся. Но, с кем? Он же только называл её имя! Забыл, точно так же, как и своё. Нужно вспомнить!

  Необходимо открыть глаза. Появилось ощущение свежего ветра, который ворвался в его затуманенные мысли, разметая злой морок беспамятства. Ещё немного и он сможет открыть глаза. Вот уже появились первые лучики света - предвестники грядущего пробуждения. Острая боль пронзила голову, но он игнорировал её в предвкушении восстановления памяти.

  Голоса вновь приблизились, становясь всё более разборчивыми и понятными. Что они там бормочут?

  "Он просыпается, просыпается, просыпается". Почему они повторяют это? Кто просыпается? Необходимо срочно посмотреть. "Лариса Николаевна, он просыпается!" Неправильно! Какая же она Лариса Николаевна, если её зовут Света?

  Какое-то насекомое ужалило его в шею, вызвав воспоминание о давнем походе на речку. Он собрался было поднять руку и прихлопнуть назойливого комара, но окружающий мир начал стремительно погружаться в сумрачную мглу.

  Однако ещё несколько мгновений, титаническим напряжением воли, он удерживался от падения в тёмную бездну и пытался рассмотреть хоть что-то. Прямо перед ним появилось лицо человека, пристально вглядывающегося в него. Худощавое бледное лицо изрезанное морщинами. За стёклами очков - холодные внимательные глаза.

  Лицо оказалось абсолютно незнакомо ему, но почему то внушало непонятный иррациональный страх.

  Но вот и это видение превратилось в клубы тумана, разметаемые безжалостным ветром. Мягкие неудержимые волны подхватили бессильное тело и понесли в пучину безвременья.

  

  

  

  

   18

  

  

  

   Обнажённое человеческое тело лежало на операционном столе так неподвижно, слов это был труп. Однако специальные зажимы, плотно охватывающие руки и ноги, как бы намекали на ошибочность этого утверждения. На голове человека поблёскивал прозрачным пластиком странный шлем, весь состоящий из крохотных ячеек, напоминающих фасетки глаза насекомого. Ячейки медленно скользили по шлему, а следом перемещались ослепительные лазерные лучи, которые испускали излучатели, нависающие над столом.

  Всё это весьма напоминало съёмки какого-то дешёвого ужастика, где роботы проводят эксперименты над пленными людьми. Но спецэффекты выглядели впечатляюще, особенно когда яркость лучей изменялась, а шлем точно наполнялся густым туманом, скрывающим голову человека. Потом всё возвращалось к прежнему.

  С начала эксперимента прошло уже более трёх часов и мониторы показывали, что более девяносто пяти процентов информации успешно перенесено на нужные участки мозга. Поэтому Станиславский позволил себе немного расслабиться и выпить немного горького терпкого кофе из крохотной чашечки, некогда подаренной ему супругой. Как давно это было... Малов, позаботившись о своём больном желудке, ограничился минеральной водой.

  На физиономии директора задержалось странное выражение, которое появилось там, после того, как Сергея Александровича последний раз вызвали за двери лаборатории. С того момента прошло уже больше десяти минут и до сих пор директор не проронил ни слова. Он только отхлёбывал прозрачную жидкость, страдальчески морщился, да поглядывал на стакан: сколько там ещё осталось. Влив в себя остаток, он тяжело вздохнул и присел рядом с доктором Станиславским. Тот покосился на него, обозначил улыбку уголками губ и поинтересовался:

  - Ну и о чём ты хочешь мне рассказать? Точнее - пожаловаться.

  Малов только покачала головой и на сморщенной физиономии несчастной обезьяны появилась жалкая улыбка.

  - Прям-таки видишь меня насквозь. Всё, как обычно, - директор жадно посмотрел на чашку в руках собеседника, - Чёрт, как же кофе хочется...Боюсь только моему брюху это совсем не понравится. Директор мединститута страдает от язвы - сапожник без сапог, смешно. Ладно, слушай. Помнишь, я тебе рассказывал про дуру-блогершу, которая припёрлась в наш городишко? - Станиславский рассеянно кивнул, - Так вот, оказывается эта зараза ищет именно наш институт.

  - Чего-то подобного давно следовало ожидать, - нисколько не удивившись, откликнулся Станиславский, - Есть хорошая поговорка: шила в мешке не утаишь. А тут - не шило, а настоящий лом. Кто-нибудь, рано или поздно всё равно пронюхал бы. И хорошо, что это - девица из этих ваших интернетов, а не ФСБ,

  - Типун тебе! И хотелось бы, как можно позднее, - мрачно отмахнулся Малов, - Однако же, даже с этой овцой дело зашло слишком далеко. Мало того, что её носит по Лисичанску и она спрашивает о секретном институте, так ещё и умудрилась найти дорогу, которая ведёт к нам. Везучая, гадость!

  - Ну и? Ждём гостей?

  - С ума сошёл? - поморщился Малов, - Из-за этого меня и дёргают. Наружка засекла нарушение внешнего периметра и отреагировала. Расслабились засранцы, дальше некуда. Вызвали начальника отдела безопасности, потому как не знали, как поступить. Вот, до чего дело дошло! Однако же, что-то нужно предпринять, уж слишком настойчива эта тварь.

  - Грехи спать не дают? - усмехнулся доктор, - Сходи к батюшке, пусть отмолит.

   - Тебе всё шуточки, - пробормотал директор и его правая щека заметно дёрнулась, - Попробуй только представить, что снами всеми станет, если наружу выплывет всё дерьмо, которым мы тут занимаемся.

  - Тебя никак не устраивает комфортабельная однокомнатная квартирка с постоянным видом из окна? - Станиславский аккуратно поставил чашку на стол и провёл ладонями по лицу, - Представляешь, какую тебе сделают рекламу? Сможешь написать книгу, а по ней снимут настоящий хитовый фильм. Да что ты переживаешь, твои заокеанские кураторы моментально поднимут шум об узниках совести и жертвах тоталитарного режима - и года не просидишь.

  - Не думаю, что до этого дойдёт дело, - Малов казался очень старым и предельно серьёзным, - Я хорошо знаю этих самых кураторов и мне известно, как они поступают в подобных случаях. Огласка - совсем не в их интересах. Поэтому, если хоть малая часть информации выскользнет наружу, то не то что от меня - от самого института и камня не останется.

  - Думаю, тут постараются не только те, - Станиславский показал пальцем в пол, - но и эти, - он повёл рукой вокруг, - В общем, куда не кинь - всюду клин.

  - Угу, ещё и этот Тарасов, - Малова передёрнуло, - Когда он проверял документацию, то задавал очень нехорошие вопросы. Как будто раньше был не в курсе наших дел, мудак сраный! А когда проверял службу безопасности, так его просто коробило. Ну, тут то я с ним согласен: распустились сволочи!

  - Так это же - старая закалка, - подтвердил доктор, - Я с ним знаком ещё по проекту: "Снежный Лев" и жалею, что тогда не прислушались к рекомендациям генерала. Глядишь, всё бы вышло по другому. Для него безопасность, это - глухой бункер, колючка и вышки сверху.

  - Ну и как бы он поступил с нашей пронырой?

  - Серёжа, ну ты же не мальчик и не мне тебе объяснять, что она не должна покидать Лисичанск. Как будто вы до этого поступали иначе. Как только она покинет пределы города, пусть попадёт в автокатастрофу или станет жертвой бандитского нападения. Только пусть это произойдёт, как можно дальше от нас.

  - Ага, а если она плотно засядет в своей гостиничной норе?

  Станиславский внимательно посмотрел на старого товарища и тяжело вздохнул:

  - Чисто теоретически, ибо я не могу давать тебе рекомендаций незаконного характера, я бы посоветовал послать несколько решительных парней. Ну таких, которые сумеют уговорить слабую девушку проследовать за город, где с ней и произойдёт несчастный случай.

  - Эти решительные парни, - Малов потёр подбородок и покачал головой, - Я же говорю: распустили дальше некуда. Они думают, что институт существует для оправдания их безнаказанности, а их руководитель - вообще, отдельная песня.

  Малов совсем загрустил, почёсывая чахлую бородку. Станиславский смотрел на него и вспоминал разговор, который состоялся у него с Тарасовым перед отъездом генерала. Тот действительно оказался крайне недоволен и даже взбешён. По мнению офицера всё происходящее в институте вышло из-под контроля и напоминало неуправляемый автомобиль, несущийся к обрыву. Если срочно не предпринять решительные меры, то произойдёт катастрофа, которая утянет за собой людей на самом верху.

  Успокоившись, Тарасов дал пару рекомендаций лично Станиславскому. Генерал посоветовал увезти объект эксперимента в Москву и поместить в одну из частных клиник, которые находятся под присмотром людей Тарасова. Узнав, что Станиславский собирается проделать этот же фокус, но в Лисичанске, он назвал доктора болваном. Впрочем, это нисколько не изменило намерений Станиславского, посчитавшего страхи генерала проявлением паранойи.

  Как выяснилось через минуту, Малов оказался в курсе этих планов.

  - Кстати, Роберт, - сказал он, выныривая из задумчивости, - Птичка на хвостике принесла, что у тебя появилась идея вывезти нашего клиента за периметр.

  - Птичка? Какая продуманная птичка. - Станиславский сделал вид, будто ничего не знает о прослушке в лаборатории, - Вроде бы я не общался ни с какими сороками.

  - Не уходи от ответа, - поморщился Малов, - Если тема дельная, разве я её поддержу? Аргументируй, если хочешь получить союзника, а не противника. Пока же я очень против. Очень -очень. Только мы с тобой поговорили про дебилку-блогершу и систему охраны, которая трещит по швам и тут ещё ты со своими ноу-хау.

  - Всё очень логично, - возразил Станиславский, - Охранять небольшую частную клинику куда проще, чем огромный институт, а пугающая тебя журналисточка рвётся именно сюда. Думаю её вряд ли заинтересует зубопротезная лечебница, ну, тебе известно, о чём я.

  - Опять ты прав, - неохотно согласился с доводами директор, - Тем не менее...Знаешь, Роберт, если бы подобное зарядил кто-то другой, я бы просто послал его подальше. Но зная тебя и то, что мой старый боевой друг ещё никогда не ошибался...

  Внезапно по лицу директора скользнула хитрая усмешка.

  - Кстати, - сказал он, прищурившись, - Только не говори, что вопрос безопасности был для тебя решающим. Думаю, эту отмазку ты придумал специально для меня, уж на это у тебя мозгов всегда хватало.

  - Раскусил, - доктор развёл руками, - Действительно, безопасность - епархия твоего любимого Фельдмана и соваться в его дерьмо я не собираюсь. Просто хочу пронаблюдать за реакцией объекта в естественных условиях.

  - У нас есть обычные палаты и внутри периметра, - заметил Малов, - Именно в такой держал Лебедева Барков.

  - Угу. Если память меня нее подводит, то на второй день Лебедь случайно увидел, как мимо палаты транспортируют клетку с тигром, - язвительно хмыкнул Станиславский, - Как он на это отреагировал? Сломанная челюсть сиделки и выбитое окно? Просто чудесно!

  - Ладно, ладно, не напоминай. Понимаю, что случайности неизбежны, - директор поднялся, - Когда думаешь заняться транспортировкой?

  - Немедленно, - Станиславский бросил задумчивый взгляд на лежащего Бодрова, - И мне очень хотелось бы, чтобы он пришёл в сознание во время перевозки.

  - Это ещё зачем? - изумился Малов.

  - Пусть у объекта создастся впечатление, будто его везут прямиком с места аварии, - пояснил доктор, - Тогда у него не возникнет и тени сомнения, что в перерыве произошло что-то ещё.

  Громко щёлкнуло и оба умолкли, рассматривая Бодрова. Ослепительные лучи лазеров погасли и щупальца манипуляторов медленно поползли в стороны. Сквозь пластик шлема хорошо просматривалось лицо спящего человека. Внезапно оно исказилось, точно его обладателю снился дурной сон. Губы мужчины дрогнули, как будто он пытался произнести чьё-то имя.

 

 

19.

  

  

  

   Деревья качались над его головой из стороны в сторону, но их кроны почему-то казались полупрозрачными, призрачными. Как только он пытался сосредоточиться, начинала кружиться голова. Со временем ситуация лучше не стала, напротив - силуэты становились всё более прозрачными, точно он видел не сами растения, а их привидения. Туман же в котором таяли ветки, всё уплотнялся, превращаясь в нечто, подобное стенам. Небо становилось ниже и ниже, больше напоминая потолок. Однако, невзирая на все метаморфозы, покачивание продолжалось.

  "Может быть я попал на корабль? - с ленивым любопытством предположил он, - Но откуда взялся корабль, если я ехал на машине?"

  От этой мысли разум немного очистился, а стены ещё больше уплотнились, всё сильнее напоминая внутреннее убранство какого-то фургона. Вокруг блестели хромированными боками и стеклом странные приспособления, вроде бы медицинского вида. Сам он оказался пристёгнут эластичными ремнями к носилкам, которые стояли посреди салона.

  Справа, на лавке у стены, сидел рослый парень в голубом халате и задумчиво смотрел перед собой. Рядом с молодым человеком стоял небольшой чемоданчик с красным крестом на боку. Из всего этого нетрудно оказалось сделать вывод, о том, что он находится внутри автомобиля скорой помощи. Но как он сюда попал?

  Задав себе этот вопрос, он тотчас вспомнил, как нёсся куда-то, по очень срочному делу. А потом... Внезапно он ощутил озноб, вспоминая чёрный борт неотвратимо надвигающийся на его автомобиль. Вернулось ощущение беспомощности, словно он угодил в кошмарное сновидение. Сердце бешено заколотилось в рёбра, а из груди вырвался слабый стон.

  Стоило застонать и молодой человек, очевидно - санитар, оторвался от созерцания противоположной стены и склонился над пациентом. Грубое лицо с выступающими скулами, внезапно потеплело от широкой улыбки.

  - Вы очнулись? Честно говоря, думал, что того зелья, которое мы вкатили на месте аварии, хватит до самой больнички. Чёрт его знает, все реагируют по разному. Как вы себя чувствуете?

  Как он себя чувствует? Константин мысленно пробежался по своему телу и не ощутил ни малейшего следа какой-либо боли. Так какого же чёрта его так плотно привязали к носилкам? Так, вроде бы, поступают, если есть риск перелома позвоночника... Неужели с ним приключилась эта хрень?! Только не это! Почему же он не чувствует боли?

  - Что, - начал он и его вопрос прервался глухим кашлем, - Что со мной случилось? Я ничего не ощущаю...

  Казалось санитара ничуть не смутил его ответ и парень сделал успокаивающий жест.

  - Не стоит переживать, всё в порядке. Я же говорю, вкололи порядочную дозу анестетика. Чёрт, там столько царапин! Представляю, как он будут болеть, когда отпустит. Ну, кроме того, наш Борисыч предполагает сотрясение...Голова, кстати не кружится? Прикидую, чего стоило остаться целым в такой аварии.

  - Это была совсем не авария! - возразил Бодров, - Меня тупо сбросили с дороги! Большой чёрный фургон ни с хрена выпихнул мою машину на обочину.

  - Столкновение? - осторожно спросил санитар и в его карих глазах промелькнуло странное выражение, - Полиция обнаружила только ваш автомобиль. Чес слово, я сам был там и видел, как вас вытаскивали. Пришлось поработать болгаркой.

  - Нет, блин, не столкновение! - Константин повысил голос, - Эти уроды специально спихнули меня. Зачем - не знаю. Может, развлекались таким образом, фиг его знает.

  Теперь лицо санитара выражало настоящее беспокойство. Он склонился ещё ниже и начал пристально осматривать голову лежащего. Потом всмотрелся в глаза. С внезапным бешенством Бодров осознал, что его словам не поверили, а приняли за признак сотрясения.

  - С головой у меня всё в порядке, чёрт побери! - резко выдохнул он и попытался встать, - И гадский фургон мне совсем не привиделся, мать бы его так!

  - Конечно, кто спорит? - согласился санитар и успокаивающе улыбнулся, - Думаю, как только позволит здоровье, вы тут же встретитесь с полицейскими и всё им расскажете. А теперь, если не возражаете...

  В огромной ладони появился блестящий шприц и прежде чем Константин успел возразить, игла вонзилась в его плечо. Голова мгновенно наполнилась блаженным туманом и сквозь ставшие полупрозрачными стены автомобиля вновь проступили призраки деревьев.

  - А куда, - пробормотал он, ускользая в сон, - Куда мы едем?

  Ему вдруг привиделось худощавое лицо мужчины в очках. Из глаз незнакомца били ослепительные лучи света, от которых жутко болела голова.

  - В Лисичанск, - донёсся из тумана голос санитара, - Вам там понравится.

  

  

  

   20.

  

   Вся обратная дорога промелькнула точно в тумане. Жанна вела автомобиль так, словно её руками управлял автопилот: механически держала баранку, автоматически поворачивая в нужных местах. Девушка не видела трассы, перед её глазами до сих пор стоял тот полицейский, который, скорее всего, не являлся полицейским. Равнодушное лицо с ледышками глаз и взгляд, проникающий до самой души.

   Чёрт побери, этот тип весьма напоминал отморозков-наёмников, у которых её как-то угораздило брать интервью. Люди, не имеющие привязанностей, Родины и каких-то человеческих чувств. Вроде бы говорит на отвлечённые темы, шутит, но ты постоянно ощущаешь готовность к убийству и насилию. Только во время интервью Зориной гарантировали безопасность, а здесь...Она ощущала, как предательская слабость овладела её ногами, а внизу живота поселилась омерзительная тварь, сосущая жизненные соки.

   Стоило задуматься, почему Жанна так испугана. В молодости ей приходилось сталкиваться с настоящими выродками и даже жить бок о бок с парочкой подобных. Оба плотно сидели на крокодиле и зарабатывали деньги на наркотик, как умели. Одного уже давным-давно нет, а второй, вроде бы досиживает очередной срок. Те придурки могли пустить в ход нож, если им, скажем, не понравился цвет твоего шарфа. Однако, даже в этих уродах оставалась частичка чего-то человеческого, пусть и погребённого под кучей дерьма, а тут...Такое ощущение, словно с ней разговаривала ядовитая змея.

  Жанна уже поняла, что умудрилась влезть во что-то, очень неприятно, смердящее за тысячу световых лет и это ей определённо не по зубам. Институт, о котором никто не знает или делает вид, будто не знает; машины-призраки, растворяющиеся в воздухе посреди белого дня и фальшивые полицейские с дьявольскими глазами. Список продолжался настоящими полицейскими, которые видят то, чего нет и не замечают реальных вещей. Ну и вишенка на торте: непонятная тварь, притаившаяся в глубинах пригородного леса.

  Ко всему прочему интуиция, которой Жанна привыкла доверять, с тревожных звоночков перешла на тревожный набат. А это означало, что запас везения Зориной, всегда имевший некоторый избыток, на этот раз подошёл к концу. Стоило ожидать серьёзных неприятностей. И единственная возможность их избежать - собирать манатки и быстро топать к жирдяю Селезнёву за своей тачкой. А потом, как можно быстрее добираться до цивилизованных мест, где менты - именно менты, а не хрен пойми кто.

  В этом месте её внезапно застопорило. Логика подсказывала, что большинство конспирологических слухов о деятельности спецслужб так и остаются теми же дурацкими слухами, но вдруг в этот раз она реально влезла в какую-то операцию ФСБ? Тогда сообщив обо всём произошедшем дерьме можно вляпаться в другое ь- погуще и поглубже. Оставить всё, как есть? Сдаться? Да ни за что!

  Так, тогда, как она и решила поначалу: вернуться в номер, позвонить Жеке Самойлову и спросить, какого чёрта он успел нарыть, коль устроил такую истерику. Заодно заручиться какой-никакой страховкой - пусть знает, где её носят черти. Потом таки растормошить Селезнёва, а если толстый алкоголик продинамил срочную работу, возвращаться на Королле, авось рухлядь выдержит долгую дорогу.

  Она остановила свою развалину почти у самой вывески Континенталь и едва не бегом вошла внутрь. Такое ощущение, будто никуда и не уходила: тот же дремлющий старикан за стойкой и мерное тиканье часов, навевающее дремоту. Видимо разбуженный дробью шагов, портье поднял голову и прикрыл рот морщинистой ладонью. Улыбка, которую он пытался изобразить, больше напоминала гримасу боли.

  - Уезжаете? - равнодушно поинтересовался старик и один его глаз сделал попытку закрыться.

  - Скорее, приезжаю, - хмыкнула Жанна, - Не подскажете, телефон в номере имеет выход на межгород?

  На физиономии портье появилось скорбное выражение, словно он припомнил похороны любимой бабушки.

  - Сожалею, но - нет, - глаз упорно стремился закрыться, - Пару месяцев назад прошла ужасная буря - настоящий кошмар! Говорят, выворотило сразу полсотни столбов. МЧСники восстанавливают, но очень медленно.

  Всё, глаз закрылся. Теперь и второй пытался проделать тот же фокус.

  - Просто зашибись! - пробормотала Жанна, лихорадочно размышляя, как выкрутиться из ситуации, - А вы не позволите воспользоваться вашим мобильником? Я заплачу.

  Сначала ей показалось, что старик пытается клюнуть носом стойку, но тут же выяснилось, что он просто достаёт телефон. Впрочем, Зорина рано радовалась.

  - Мобильная связь в нашем районе не работает, - портье всхрапнул. Второй глаз почти закрылся, - Пару месяцев назад прошла ужасная буря - настоящий кошмар! Свалило все вышки. МЧСники восстанавливают, но...

  - Но очень медленно, понятно. Чёрт бы побрал ваших ремонтников!

  - Если что-то очень срочное - обратитесь в, - старик уже не скрываясь зевнул, - полицейский участок. Там помогут.

  Всё, уснул.

  - Огромное спасибо! - фыркнула Жанна и до хруста сжала пальцы. Очень хотелось кого-нибудь стукнуть, - Непременно обращусь. В следующей жизни.

  Она торопливо взбежала по скрипучим ступеням и принялась складывать вещи. К счастью вчера девушка не стала полностью распаковывать рюкзачок, поэтому это не отняло много времени. Засовывая мыльницу, журналистка глухо материла местных работников. Два месяца восстанавливать вышки и столбы, надо же! Из Эстонии их привезли, что ли? Нет никакой связи, блин! Как в каких-то сериалах, про затерянные городишки под контролем инопланетян. Ладно, главное - вырваться отсюда, а потом - всё остальное.

  На всякий случай девушка сняла трубку аппарата и обнаружила, что гудков нет совсем. А вчера вроде бы что-то трещало. Странно. К чёрту! За номер она заплатила вперёд и возвращать деньги не собиралась - не та сумма, пусть старикан порадуется. Подхватив рюкзак, Зорина направилась к полуоткрытой двери и вдруг замерла, прислушиваясь.

  Голоса.

  Говорили несколько человек. Один - точно портье. Только в его голосе не слышалось прежней сонливости. Скорее - нервозность, причём иногда старикан срывался на настоящий визг. А вот его собеседники произносили слова вполголоса и совершенно спокойно. Вот только о чём идёт разговор, Зорина понять не могла.

  Очень осторожно, чтобы не скрипели рассохшиеся доски, девушка приоткрыла дверь и вышла в коридор. Потом вытянула шею и посмотрела через стойки ограды. Ага, портье покинул свою пыльную берлогу и стоял посреди холла. Вид у него...Точно у нашкодившего мальчишки, которого ругает мамаша. А мамаш - целых две. Рослые полицейские, с дубинками и автоматами. Хм, кого это они здесь вязать собрались? Жанна ощутила, как её сердце замерло.

   Портье выдал очередную порцию нервного визга, а потом поднял руку и указал пальцем в направлении номера Зориной. Полицейские синхронно повернулись и уставились вверх. Ощущая себя падающей в бездну, Жанна отпрянула назад. Девушка была уверена, что её заметили.

  Прижавшись к стене, она слышала стуку каблуков и громкий скрип ступеней, по которым поднимались два тяжёлых человека. В груди Зориной точно принялся за работу мощный паровой молот, а вот воздух совсем перестал поступать в лёгкие. Она затравленно осмотрелась: куда спрятаться? Девушка ощущала уверенность, что эта парочка пришла совсем не разговаривать. Да и вообще: полицейские ли это?

  Внезапное озарение заставило её осторожно прикрыть дверь своего номера и на цыпочках пробежать в конец коридора. Там она принялась нажимать на ручки остальных комнат, в надежде, что одна из них окажется незапертой. Ей повезло. В тот момент, когда незваные гости поднялись на второй этаж, дверь углового номера распахнулась, пропуская журналистку внутрь. Она ворвалась в комнату, едва не оставив рюкзак снаружи.

  Что же делать дальше? Это пристанище не сможет скрывать её долго. Как только полицейские обнаружат, что птичка покинула своё гнёздышко, они начнут проверять остальные. Зорина нервно вышла на середину комнаты и её взгляд упал на пыльное окно. Окно! Точно. Оно выходит на задний двор - глухое место, где никто не увидит, как она занимается провинциальным руферством.

  - Гражданка Зорина? - громкий стук заставил её испуганно обернуться. Чёрт! Это пришельцы барабанят в дверь её номера. Пусть их.

  Хоть бы окно не заскрипело! Девушка осторожно потянула раму на себя и у неё всё обмерло внутри, когда рассохшееся дерево издало протяжный визг. Такое ощущение, что этот звук разнёсся по всей вселенной, ну а уж в гостинице его точно слышали все. Нет? Ф-фух! Журналистка выглянула из окна: внизу никого. Хорошо. Под окошком тянется выступ. По нему можно добраться до блестящей водосточной трубы, а уж там спуститься.

  Однако рюкзачок придётся оставить: уж больно дряхлым выглядит выступ, да и труба не внушает доверия - каждый килограмм может оказаться решающим. Сунув рюкзак под кровать (с такой уборкой его отыщут лет через двести) девушка залезла на подоконник и очень медленно выползла наружу. Пару секунд она собиралась с духом и пыталась не смотреть вниз. Предстояло сделать несколько шагов не держась ни за что и эта мысль приводила Зорину в ужас. Кроме того, ещё не мешало бы закрыть окно, чтобы полицейские сходу не обнаружили, куда ушла беглянка.

  Рама с прежним визгом и громким стуком стала на место. Выдохнув, Жанна начала крохотными шажочками перемещаться в сторону трубы. Мешала сумочка, которая норовила запутаться под ногами и свалиться вниз. Капец тогда всем её девайсам. Впрочем, куда хуже было бы, если бы сейчас распахнулось одно из окон и оттуда выглянул бы полицейский. Тогда бы Жанна точно рухнула на асфальт и заполучила отличные переломы с разбитой вдребезги башкой.

  Несчастные пять метров, которые ей предстояло пройти, растянулись на пять световых лет, поэтому добравшись таки до трубы, Жанна ощутила себя вымотанной до предела. Такое ощущение, словно пробежала десяточку, а то и побольше. Пальцы вцепились в блестящий металл, а проклятая сумка сделал ещё одну попытку удрать от хозяйки.

  Чертыхаясь Жанна начала сползать по трубе. Когда-то, в далёком детстве, ей приходилось лазить таким вот макаром, но тогда девушка была легче на два десятка килограмм и за ней не гнались вооружённые полицейские. Да и не думала она, что путь к грядущей известности и славе окажется связан с водосточными трубами задрипанной гостиницы!

  Оказавшись на земле, Зорина тут же взглянула вверх. Отсюда казалось, что расстояние - совсем пустяковое. Ага, как же! Так, окна закрыты и никто не целится в неё из автомата. Самое время делать ноги. Глубоко вдохнув, Жанна повесила сумочку на плечо и быстрым шагом удалилась прочь.

 

 

21.

  

  

  

   Самолёт давно оторвался от земли, а генерал Тарасов продолжал угрюмо смотреть в иллюминатор, словно пытался что-то рассмотреть в белом тумане облаков. Его помощники заметили, в каком настроении находится шеф, поэтому старались не беспокоить начальство по пустякам. Однако Тарасову всё равно было не до них. Да, то что генерал посмотрел в лаборатории Станиславского впечатляло, но...

   Фёдор Петрович угрюмо потёр высокий лоб, изрезанный морщинами и уголки его губ опустились. Пятнадцать лет назад, когда всё это только затевалось, он и понятия не имел, к чему придут его так называемые партнёры. Тогда ещё казалось, будто времена неразберихи в стране вот-вот вернутся и вседозволенность 90х позволит осуществлять самые дерзкие авантюры.

  Однако до сих пор самым удачным экспериментом оказалось вычленение целой области из общей структуры и превращение Лисичанска с окрестностями в своеобразную капсулу, отделённую от остальной России незримыми стенами. Тогда Тарасов во всём соглашался со своими американскими партнёрами и радостно принимал их финансовую помощь. Но время шло, ситуация начала меняться и вместе с осознанием всех изменений пришёл страх и раскаяние. Оставалась надежда, что удастся некоторое время протянуть и таки добиться серьёзных успехов, а там...Как говорится, победителей не судят и появится возможность все успехи приписать себе, а неудачи возложить на плечи бывших партнёров.

  \Но нет, теперь стало окончательно ясно, что крупный прорыв может наступить лишь в дальней перспективе, а с учётом тенденций - никогда. К чему всё пришло? Тарасов только печально покачал головой, вспоминая информацию, полученную от личных контактов, внедрённых в систему безопасности института. Какие-то люди, которые располагают информацией о сверхсекретном объекте и даже пытаются проникнуть на его территорию. Абсурд! А хвалёная служба охраны ведёт себя, точно слон в посудной лавке, больше привлекая внимание, чем пытаясь скрыть тайну.

  Генералу показалось, что он различил тёмное пятно в белой пелене и что-то внутри сжалось. Ещё один самолет, следящий за ними? Да нет, показалось. Нервы...

  Сбежавший объект, который рыскает вокруг города, убивая штатских и полицейских, это как вообще классифицировать? И в свете этого Станиславский собирается везти своего подопечного в черту Лисичанска! А идиот Малов готов потакать учёному придурку. Похоже, начавшийся бардак уже не остановить и лучше предупредить разложение, полностью удалив все поражённые органы. Удалить, пока не стало слишком поздно и голова генерала не покатилась с плахи вместе с остальными.

  Фёдор Петрович кивнул головой и оба его помощника тотчас заняли место за столом, напротив генерала. Каждый из подчинённых давно работал с шефом и был в курсе почти всех его начинаний. Только с этой парочкой Тарасов мог быть более или менее откровенен. Но самые сокровенные тайны он предпочитал хранить в своей голове. Генерал обвёл подчинённых тяжёлым взглядом и невнятно пробормотал:

  - Готовим спецоперацию в институте, - он не уточнял в каком, потому что вопрос о возможных действиях уже поднимался в их совместных беседах. Помощники кивнули, - Нужны люди, проживающие в спецзоне. Оптимально - в Лисичанске. Я знаю, мы оставляли там "спящих" - пришло время их разбудить.

  Привычка говорить невнятно осталась у него с тех далёких времён, когда ещё не существовало достаточно надёжных средств, защищающих от прослушки. Впрочем, генерал до сих пор не очень доверял всей этой машинерии. Он кивнул тому, что справа - абсолютно лысому с блеклыми серыми глазами и тот достал из небольшого металлического кейса массивный планшет. Приложил к экрану большой палец и некоторое время ждал. Потом протянул девайс начальнику и тот ввёл код доступа. Мимолётно ухмыльнувшись, Тарасов подумал, что небольшая плоская коробка содержит в себе такие секреты, которых хватило бы на посадку половины людей из самых высших сфер. И кое кто об этом догадывался и прямо таки жаждал обладать заветным накопителем информации. Ну что же, мечтать не вредно.

  Пока генерал размышлял, его помощник успел изучит список имён и предложил генералу три кандидатуры. Последнее обновление базы произошло двадцать два дня назад, так что лица на экране полностью соответствовали облику реальных людей, живущих в Лисичанске. Итак...

  Марк Песков, по легенде - водитель-дальнобойщик, имеющий возможность частенько покидать спецзону для тренировок и инструктажа. Имеет в городе семью. Жена и пара детишек даже не подозревает, чем реально занимается отец семейства.

  Иван Дикуль, по легенде - менеджер по продажам местной фабрики. Это всё же работает по профессии, но город покидает куда чаще коллеги. Женат, но детей нет. Официальных. Тарасов против воли ухмыльнулся, изучив сноску. Одиннадцать - надо же! Кобель.

  Диана Дрёмова, по легенде - домохозяйка. Однако - участница сетей распространения элитной косметики пары известных фирм, постоянно катающаяся в столицу для участия во всевозможных семинарах. Так думает её муж и соседи. Есть ребёнок.

  - Никто не думал прежде, что потребуется нечто большее, нежели наблюдение, - пожал плечами помощник, - И этих-то держали так, на всякий случай. Может не станем валять дурака: пара спецгрупп и...

  - Нет, - генерал покачал головой, - Я лично принимал участие в обеспечении безопасности внешнего периметра спецзоны. Там фиксируется даже мышиная активность. Значит трое...Специализация?

  - Стандартная, - второй помощник, до этого не проронивший ни слова, провёл ладонью по белому ёжику волос, - Как всегда, когда мы готовим "спящих", это - диверсанты широкого профиля.

  - Понятно, можешь не продолжать, - Тарасов хмыкнул, кому, как не ему знать на что способны диверсанты широкого профиля. Ну что же, в таком случае троих может и достанет для выполнения задания.

  Он побарабанил пальцами по столу и прикусил губу, разглядывая облака в иллюминаторе. Хорошо им, белым и пушистым - плыви себе в ясном небе и не думай, как прикрыть задницу. Поэтому они всегда такие чистенькие, не то что...Внезапный приступ раздражения заставил Тарасова опустить жалюзи. К чёрту облака!

  - Значит так, - сказал Фёдор Петрович, - Аналитический центр обязан подготовить план максимального воздействия. Срок - сутки.

  Помощник спрятал планшет в металлический кейс и осторожно, чтобы не сработала система безопасности, активировал замки. За выпуклым высоким лбом хранилось столько же тайн, сколько и в спрятанном планшете. А то и больше. Когда-нибудь оба девайса потребуется очистить от компрометирующей информации.

  - План должен обеспечить уничтожение объекта силами трёх агентов. Полное уничтожение. Вся информация, касающаяся нашего участия в проекте и находящаяся во внешнем доступе должна быть стёрта. Ни в коем случае не допустить бегства причастных из спецзоны, вплоть до физического устранения. И да, начать процедуру раскапсулирования зоны. С этим пусть не торопятся - не горит.

  Генерал помолчал и опустив веки, тихо добавил:

  - Ни в коем случае не допустить утечек на ту сторону. Будем кормить их всякой шнягой ещё месяц - два, а там поглядим.

  Отпустив помощников, он откинулся на спинку кресла.

  Тарасову казалось, будто под его черной коробкой свернулся чёрный ядовитый скорпион, мечтающий сожрать мозг человека и заменить собой. А может уже так и случилось и все мысли, которые приходят в голову генерала, исходят от смертоносной твари?

  Какая же мерзкая штука - жизнь.

  

  

   22.

  

  

  

   Теперь дорога от города до заправки заставляла её дрожать точно в лихорадке. Что было в этом повинно: неизвестная ли тварь, гнавшаяся за журналисткой прошлый раз, или всё, что произошло в Лисичанске - кто знает. Однако Жанна всё время вертела головой из стороны в сторону и всматривалась в заросли, пытаясь проникнуть взглядом сквозь листья и ветки. Вроде бы всё спокойно...А может хищная тварь просто играет с ней, до поры до времени не показывая своего присутствия?

  - Лучше бы этот говнюк просто салил куда подальше, - пробормотала Зорина.

  Как ни с странно, но звук собственного голоса немного успокоил её, позволив журналистке проанализировать недавние события. Да, сбежать из гостиницы ей удалось просто чудом! С другой стороны, может не стоило так поступать? Возможно девушка заподозрила полицейских в том, чего у тех и в мыслях не было и в результате она утратила шанс получить реальную помощь? Поздновато думать об этом. Ладно, уже очень скоро она вернётся к своей машине и если толстый увалень не удосужился починить Церато, то она оседлает пьянчугу и поедет верхом на нём!

  Жанна повернула было к заправочной станции, но тут же тихо выругалась и метнулась обратно. Девушка сбежала на обочину и стала за дерево, ощущая сумасшедшие удары сердца. Потом попыталась вспомнить, что собственно успела увидеть. Не меньше десятка полицейских машин и пара чёрных минивэнов, типа того, который она пыталась преследовать. Пространство заправки просто кишело полицейскими и людьми в штатском.

  - Неужели это всё из-за меня? - удивлённо пробормотала Жанна и провела ладонью по вспотевшему лбу, - Быть того не может!

  Послышалось завывание сирены и укрывшись за деревом журналистка уставилась на дорогу. Мимо неё, в сторону скопления автомобилей промчался медицинский фургон, мигающий точно новогодняя ёлка. Следом за воющим автомобилем мчался ещё один чёрный минивэн. Становилось понятно, что происходящее не имеет ничего общего с её скромной персоной. Нет, присутствие полицейских ещё можно было объяснить, пусть и не в таком количестве, но врачи? Чёрт побери, на заправке точно произошла какая-то хрень!

  Поначалу мелькнула мысль о ногах в руках и немедленном бегстве, как можно дальше от сборища её антагонистов, однако Жанна тут же опомнилась. Она же приехала сюда именно за этим! Вот она, тема! Возможно, даже имеющая отношение к сверхсекретному институту. Убеждая себя в том, что игра стоит свеч, журналистка осторожно кралась между деревьями, не забывая оглядываться по сторонам. Не стоило забывать и про загадочное существо. Мало ли...

  Так, видно конечно не очень хорошо, но уже ясно, что полиция начала огораживать заправку предупреждающими знаками и лентами. Нет, ну точно что-то случилось! Скорее всего убийство. Неужели замочили того толстого увальня? Зорина ощутила жалость; всё же пропойца не заслуживал такой участи. Однако же, отсюда ни фига не видать, даже через зум фотоаппарата, а ближе не подобраться: её точно заметят.

  Зорина с сомнением посмотрела на дорогу - нет, в любой момент кто-то из полицейских может объявиться на трассе и тогда - конец недолгому расследованию. Идти вглубь леса? На территорию загадочной твари, где от неё точно не спастись? Ветки, покачивающиеся на ветру, казались мирными и спокойными. Может, существо действительно ушло в другую часть зарослей и угрозы нет?

  А, была не была! Любопытство победило и Жанна осторожно двинулась прочь от дороги. К её удивлению непроходимые дебри, казавшиеся таковыми со стороны трассы, позволили девушке с лёгкостью перемещаться по ковру из опавших листьев и тих хрустящих сучьев.

  - Реалити-шоу: журналистка в таинственном лесу, - пробормотала путешественница, переступая через замшелый ствол, лежащий поперёк дороги, - Где ведущий и съёмочная группа? Впрочем, на фиг они нужны - буду единственной звездой.

  Внезапно она остановилась, как вкопанная и внимательно посмотрела под ноги. На сухой листве темнели свежие пятна, очень сильно напоминающие кровь. Ага, а вот чуть дальше земля разрыта, словно кто-то большой и сильный разбрасывал её. Злился, что ли? Девушка подняла фотоаппарат и сделала несколько снимков. Вдруг её застопорило. На рыхлой почве отчётливо выделялся отпечаток чьей-то ноги. Или лапы?

  Зорина присела и попыталась понять, что же она видит. Нет, Жанна не претендовала на звание лучшего следопыта, однако же этот след реально выглядел странно. Вот только в чём заключается странность, журналистка поняла не сразу. Вроде бы тут стоял босой человек, но вот эти огромные когти точно не могли принадлежать ни мужчине, ни женщине. И сама ступня казалась необычайно вытянутой, словно ногу изуродовали. Непонятно же!

  - Дерьмо какое-то, - проворчала Жанна и сфотографировав отпечаток, вновь осмотрелась. По прежнему всё спокойно, однако прежний страх, пробужденный увиденным, вернулся к девушке, вынуждая слышать шум осторожных шагов в горохе листвы и видеть смутные тени в покачивании веток.

  Зорина аккуратно обошла разорённое место и быстрым шагом пошла прочь. Сейчас она пожалела о том, что у неё нет оружия, пусть даже плёвого травмата или шокера. В приступе паники девушка подняла с земли увесистую палку, отлично понимая, насколько это - ничтожная защита. Однако, даже такой пустяк всё же сумел придать журналистке ничтожную толику уверенности.

  Внезапно путешественница услышала чьи-то голоса впереди и остановилась, недоумевая. До заправки, если она не напутала с направлением, должно оставаться не меньше сотни метров, а звуки мужской речи доносились совсем близко, словно говоривший находился в черте деревьев. С одной стороны, это удивляло, а с другой - немного сбавило градус напряжения: случись что, неизвестные должны прийти ей на помощь.

  Зорина пригнулась и осторожно, чтобы не поднять шума, пробежалась к толстому стволу, за которым можно было укрыться. Здесь же рос густой куст и Жанна опустилась на лиственное покрывало, раздвинув ветки с какими-то чёрными ягодками. Отсюда хорошо различалась небольшая прогалина впереди и когда девушка увидела, что там находится, то даже приоткрыла рот от удивления. Потом подняла фотоаппарат и сделала несколько снимков.

  Полицейский автомобиль так приложило о дерево, что несчастное растение наклонилось, показав часть корней и утратив большой кусок коры. Машине повезло ещё меньше - от неё уцелела лишь задняя часть, а весь передок превратился в мешанину из искорёженного металла и кусков древесины. Страшно представить, что могло произойти с водителем. Впрочем, Жанна заметила огромную лужу чего-то тёмного. Возможно, она видела вылившееся горючее и масло, а может и нет.

  Вокруг пострадавшего автомобиля стояли люди в камуфляжных костюмах. Некоторые снимали место аварии видеокамерами, кто-то разговаривал по телефону, а парочка, с кургузыми автоматами в руках, внимательно изучала верхушки деревьев.

  - Становится всё интересатее и интересатее, - прошептала Жанна и ещё раз сняла всю картину, - Не хватает только пришельцев, чтобы стало совсем интересно.

   Удовлетворив любопытство, журналистка отползла назад и медленно поднялась на ноги, отряхивая налипшие листики и веточки. Желание приблизиться к заправке не исчезло, напротив - оно ещё больше окрепло. Несомненно, автокатастрофа была как-то связана с интересующим Жанну местом, так что следовало посмотреть, что же творится в вотчине Дмитрия, как там его. Правда крюк по лесу теперь окажется много больше, чем думалось изначально.

  Как ни осторожно девушка двигалась среди деревьев, однако тренированное ухо профессионала всё же уловило посторонний звук, среди шелеста листвы и птичьих криков. Один из автоматчиков, склонил голову, изучил заросли, откуда донёсся непонятный шум и подошёл к человеку, который разговаривал по телефону. Если бы Жанна увидела лицо говорящего, то сразу же узнала былжеполицейского, который остановил её на трассе.

  Автоматчик тронул змеиноглазого за плечо и пальцами показал кого-то, кто перемещается по лесу. Начальник, а всё поведение говорящего по телефону выдавало его высокий статус, на мгновение задумался, а потом коротко кивнул. Поучив разрешение, вооружённые люди сняли автоматы с предохранителей и растворились в лесных зарослях.

  Тем временем Жанна успела добраться до края леса и опустилась на землю, спрятавшись за невысоким холмиком, поросшим колючей травой. Заправочная станция оказалась перед ней, как на ладони. Полицейские заканчивали огораживать место происшествия, а люди в серых халатах грузили в машину скорой помощи чёрный пластиковый мешок, похожий на тот, в каких обычно хранят трупы.

  Около входа в здание пара мужчин в тёмных костюмах о чём-то разговаривали с рослым толстяком, который явно нервничал, непрерывно вытирая лицо платком. Эта группа показалась Зориной наиболее интересной и она навела на них объектив фотоаппарата. Потом достала из сумки микрофон с небольшим раструбом и вставила в ухо миниатюрный наушник.

  - Послушаем, о чём толкуют наши карапузики...

  Лысый толстяк сразу же показался девушке знакомым, но лишь спустя некоторое время она поняла, почему. Черты лица здоровяка очень напоминали её нового знакомого с заправки. Очевидно она видела того самого брата, о котором говорил Дмитрий. Сейчас лицо родственника выражало откровенную злобу, точно он намеревался немедленно прикончить обоих собеседников. Судя по габаритам, у него могло всё получиться.

  Жанна включила микрофон и услышала в наушнике странно бесплотные голоса. Впрочем, девушка тут же разобралась, кому принадлежит какая фраза.

  - Господин Селезнёв, мы настаиваем. Поймите, если вы примете наше предложение, это избавит многих и вас, в том числе, от множества проблем. Ваш брат, как нам точно известно, не озаботился оформлением страховки, поэтому сумма, предложенная нами, покроет стоимость похорон и компенсирует понесённую его семьёй утрату.

  - Да что ты говоришь, мудила? - очевидно, Селезнёв, - Значит моего брата порвали в лохмотья, а я должен заткнуться и молчать в тряпочку? Иди в жопу, козёл! А деньги, чтобы похоронить Митьку я сам найду - не бедствую, слава Богу.

  - Хорошо, пусть ложно понятая гордость не позволяет принять предложенное, - Жанна даже восхитилась витиеватости фразы. Очевидно её выдал мужчина, делающий успокаивающий жест, - Позаботьтесь о спокойствии местных жителей. Зачем создавать панику? Поверьте, очень скоро животное, напавшее на Дмитрия будет изловлено и обезврежено.

  - Животное? - Селезнёв расхохотался, - Да в наших местах никогда не водилось ничего, крупнее лис и тех, с каждым годом, становится всё меньше. Вы ещё пустите байку про сбежавшего медведя, как в тот раз! Думаете, мы тут совсем отупели и не знаем, какой хренью в занимаетесь в своём грёбаном институте? Да идите вы все к такой-то матери!

  Жанна так напряглась, услыхав упоминание института, что не обратила внимание на шлепок по шее, словно капля упала. Не до того: возможно сейчас она узнает хоть что-то о цели своего приезда!

  - Господин Селезнёв, - мужчина поднял указательный палец, - Вы глубоко и опасно заблуждаетесь. Мы...

  - Молчи, сукин кот! - здоровяк ткнул собеседника кулаком в грудь, - Димка может и не был самым лучшим парнем на свете, но худшим - точно не был. Кроме того, он был моим братом и совсем не заслуживал, чтобы его выпотрошили, словно гадскую свинью!

  Что-то снова капнуло на кожу девушки и она машинально вытерла маслянистую жидкость. Ощутив прикосновение чего-то липкого, Жанна уставилась на свои пальцы, измазанные чем-то, очень напоминающим густеющую кровь. Еще одна капля упала на затылок Зориной.

  Жанна отползла в сторону и приподнявшись на колени, медленно подняла голову, взглянув вверх. Откровенно говоря, она уже ожидала увидеть нечто ужасное и предчувствия её не обманули. Крик едва не вырвался изо рта журналистки и ей пришлось прижать ладонь ко рту, удерживая вопль страха и паники. Прямо над ней, напоротый на длинный острый сук, висел мужчина в форме полицейского и его застывшие глаза мёртво смотрели вниз. Если бы не шоковое состояние, в котором оказалась Зорина, она могла бы узнать в мертвеце того страха порядка, который остановил её на трассе перед заправкой.

  Издавая слабые стоны, Жанна начала медленно отползать назад. Невзирая на весь свой ужас и отвращение, девушка не могла отвести взгляд от почерневшего лица, забрызганного кровью. Ей казалось, что мертвец следит за каждым её движением и стоит вскочить, как он тотчас набросится сверху. Во всём мире не осталось ничего, кроме неподвижного тела и жутких пустых глаз.

  Сумев, в конце концов, разорвать оцепенение, Зорина вскочила на ноги и бросилась бежать. В ту же секунду кто-то крепко схватил её за плечо и рванул назад. Обезумев от ужаса, девушка дико закричала.

 

 

 

                                                                       23.

 

 

 

            Зинаида Баркова стояла перед зеркалом и критически изучала собственное тело. Ну что же, для женщины, че возраст приближается к сорока (Тс-с! Никому ни слова. Ей – около тридцати) она выглядела очень даже ничего. Можно даже сказать – отлично. А если ещё убрать эти складки у бёдер, то она способна завести кого угодно. Кроме мужа, естественно.

Зинаида презрительно ухмыльнулась: Аристарх последнее время сильно сдал и напоминает настоящего старика. С таким даже стыдно показаться в приличном обществе. И ещё это его пристрастие к алкоголю – фу! Вот и сейчас, полностью опорожнив содержимое бара, муж отправился за бутылкой. К вечеру он превратится в животное, способное лишь мычать да пускать слюни на кожу дивана.

Зинаида неодобрительно покачала головой и набросила лёгкий халатик, почти полностью обнажавший её длинные ноги. Как жаль, подумала она, что рядом отсутствует мужчина, способный в должной мере оценить всю эту красоту. Проклятый крохотный городишко, где ничего невозможно скрыть от соседей. Если бы не возможная огласка, то женщина уже давно завела бы интрижку на строне. Даже кандидатуры имелись. Тот паренёк из фитнесс клуба очень даже ничего, несмотря на то, что годится ей в сыновья. Но кто об этом знает? Ей же – около тридцати, не забыли? Точно, так она и сделает. Всё равно этот пропойца не способен даже устроить скандал.

Мурлыкнул звонок. Направляясь к входной двери, Зинаида бросила мимолётный взгляд на экран и ухмыльнулась. Очередной бзик мужа – камеры по периметру дома – явный признак начинающейся белой горячки. Чёрт возьми, кого опасаться в этом сонном царстве? Хоть иногда бывает любопытно рассматривать гостей со стороны. Жаль, что они приходят так редко.

На экране Зинаида увидела молодого человека в форменной синей куртке, с логотипом службы доставки на груди. На голове – фуражка, с тем же символом. Из-под козырька сверкают холодные голубые глаза, а губы плотно сжаты, отчего пришелец кажется сердитым. Сердитым, но симпатичным, отметила Баркова и поправила причёску. На экране парень поднял руку и нажал на кнопку. В этот раз мурлыканье звучало много дольше.

Зинаида ещё раз провела рукой по волосам и одёрнула халатик. Мысль одеть что-то серьёзнее появилась в её голове и тут же исчезла. Взамен припомнилась куча анекдотов про водопроводчиков и почтальонов. Она ухмыльнулась, представив, как она соблазняет молодого человека и тут заходит Аристарх. К чёрту, пусть вспомнит, что у него есть жена!

 Наслаждаясь этой идеей, Зинаида нажала кнопку, открывая дверь во двор. Потом выглянула из дома и махнула рукой.

- Идите сюда. Я несколько не одета, уж простите.

В глазах парня мелькнула какая-то искра, когда он закрывал дверь во двор. Впрочем, это мог быть всего-навсего лучик света.

- Барковы? – спросил гость, придерживая сумку, висящую через плечо, - Не ошибся?

- Нисколько. – она приоткрыла дверь шире, пропуская пришельца и поправила халат, который несколько торопил события, показывая больше, чем полагалось, - А что нужно такому симпатичному мужчине?

- Аристарх Барков дома? – спросил тот, прочитав надпись на карточке, которую достал из кармана, - Мы пытались дозвониться, но он не отвечает. У нас срочная посылка.

- Посылка? – Зинаида удивилась, - Какая посылка? Опять он что-то забыл?

- Понятия не имею, - парень пожал плечами и вновь обратился к карточке, - Отправитель – какой-то институт.

- А, это с его работы, - махнула рукой Баркова, - А не отвечает, потому что забыл телефон дома, а сам ушёл.

Посланник, изобразил гримасу недовольства и женщина поспешила добавить:

- Но вы не переживайте, он должен скоро вернуться. Если вы особо не торопитесь…

            - Время ещё есть, - согласился молодой человек, - Если он не очень задержится, почему бы и нет?

Если бы женщина не была так поглощена своими мыслями, то могла бы обратить внимание на одну странность. Перед тем, как войти внутрь дома, посланник внимательно посмотрел по сторонам, точно проверял: не видел ли кто, как он вошёл. Однако дворы ближайших домов оказались совершенно пусты и лишь лохматая собака соседей проводила парня сонным взглядом.

Закрывая дверь, Зинаида будто случайно прижалась к молодому человеку бедром и на несколько секунд задержалась в этом положении.

- Ой, простите, - пробормотала она, ощущая возбуждение. – Я не нарочно. Просто я – такая неуклюжая…

- Ничего страшного, - посланник усмехнулся, - С каждым может произойти.

- Проходите сюда, - женщина указала на дверь в гостиную, - Присаживайтесь на диван. Он – такой мягкий, просто прелесть, правда? – Она похлопала по обивке, после чего многозначительно добавила, - Знаете, я думаю, что муж может и задержаться. Полчаса, а то и час придётся поскучать.

- Да, - неопределённо протянул парень и сняв кепку, положил её рядом. Потом провёл ладонью по волосам, - Всякое случается.

- Может быть желаете кофе или чай? - Зинаида прошлась перед гостем, постаравшись, чтобы халат распахнулся и продемонстрировал её нижнее бельё. Оно ведь такое красивое и очень дорогое, - И вообще, давайте на «ты», к чему эти условности?

            - Руководство не одобряет этого, - парень поднял голову и усмехнулся, - Но, думаю. Им не всё требуется знать. А кофе…Кофе, это – хорошо. Я люблю крепкий кофе.

            Зинаиде показалось, что она уловила скрытый намёк в словах гостя и она, торжествуя, отправилась на кухню. Любуясь отражением в кофемашине, женщина окончательно убедилась в своей сексуальной привлекательности. Как же этот мальчик на неё смотрел; только слюнки не текли! Хоть бы Аристарх провалился ко всем чертям, со своей выпивкой и не приходил до завтра.

- А ведь мы даже не представились, - Зинаида постаралась добавить хрипотцы в свой голос, - Как зовут такого очаровательного пришельца? Меня – Зина.

- Друзья называют меня Чипом, - голос парня странно блуждал, точно он не сидел на месте, а куда-то отлучился, - Можете и вы так называть.

- На «ты», мы же договорились, - укорила его Баркова, - Чип? Просто замечательно! Помню, был такой мультик6 «Чип и Дейл спешат на помощь». А ты, Чип, можешь прийти на помощь?

На слове «помощь» она сделала заметное ударение, размышляя, не сказать ли напрямую, чего она добивается от гостя. Времени-то мало! А желание становилось всё сильнее. Но нет, она же – не какая-то шлюха и дождётся, пока гость сделает первый шаг.

Если бы Зинаида знала мысли пришельца, то прыти крутить шашни у неё бы значительно поубавилось. Да и вообще, она бы бежала, как можно дальше, спасая собственную шкуру.\

Сидящий на диване Алексей Чиграков здорово развлекался, наблюдая за попытками побитой жизнью девицы преклонного возраста затащить его в постель. Как бы не изнасиловала, с иронией размышлял парень, всего можно ожидать от женщины лишённой внимания. А об отношениях Аристарха и Зинаиды Барковых он знал практически всё, внимательно изучив досье, сброшенное ему по почте.

- А вот и кофе! – Зинаида с широкой улыбкой впорхнула в гостиную, подталкивая столик, на котором исходили ароматным аром две маленькие чашки. Халатик на женщине распахнулся, обнажая грудь почти полностью, - Думаю, тебе это должно понравиться.

- Я тоже так думаю, - откликнулся Чип, с рудом сдерживая улыбку, - Такая шикарная женщина должна преуспевать в любом занятии

Зинаида расцвела от похвалы и протянула парню чашу с кофе, постаравшись задержать руку в ладонях гостя. Она собиралась сказать нечто откровенное, но не успела. Щёлкнул замок входной двери и послышались тяжёлые шаги. Вернулся хозяин дома.

Аристарх Барков пошатываясь остановился на пороге гостиной и постарался сфокусировать зрение на жене. С некоторым удивлением учёный обнаружил, что его вторая половинка вовсе не одна и пару ей составляет незнакомец в синей униформе. Даже пьяный, мужчина сумел понять, что ситуация несколько отличается от обычного приёма гостя. Уж слишком огромное разочарование было написано на физиономии фривольно одетой супруги.

- Кто это? – спросил Барков, с трудом ворочая языком.

- Это, - начала Зинаида, но окончить фразу так и не смогла.

Гость внезапно оказался на ногах, а его кулак врезался в челюсть хозяйки дома. Удар оказался столь силён и точен, что та мгновенно отключилась, рухнув на передвижной столик. Обе чашки разбились и чёрный напиток пролился на паркет.

- Какого хрена?! – Аристарх попятился и опёрся о стену, пытаясь удержать равновесие, - Что ты творишь, козёл? Кто ты вообще такой?

Чип спокойно натянул на руку резиновую перчатку и достал из сумки небольшой чёрный пистолет. Барков бы очень удивился, если бы узнал оружие. Это был Браунинг, на который он год назад оформил разрешение и обычно хранил в своём сейфе, в спальне. Чиграков перевернул тело Зинаиды на спину и несколько раз выстрелил.

- Нет! – вскрикнул Аристарх и попытался броситься вперёд. Однако ноги подвели его и учёный плюхнулся на колени, - Нет, нет…

Его жена вздрогнула, издала короткий стон и затихла в луже из крови и кофе.

- Ужасно, - сказал Чип, рассматривая труп, -Вот к чему приводил злоупотребление алкоголем. Известный учёный, находясь в состоянии сильного опьянения, повздорил с супругой и застрелил её. Просто кошмар. Осознав, что он сотворил и опасаясь огласки, Аристарх Барков кончает жизнь самоубийством.

Барков тупо смотрел на говорящего, не в силах сообразить, о чём идёт речь. Потом перевёл взгляд на мёртвую супругу и начал тонко выть. Чип подошёл ближе и приставил дуло оружия к виску Аристарха. Только в этот момент тот сообразил, что происходит и попытался схватить убийцу за руку.

- Ну, ну, - точно уговаривая непослушного ребёнка, протянул Алексей, - Успокойся. Сейчас всё закончится и ты будешь крепко спать. Расслабься.

Он нажал на спуск. Когда мужчина растянулся на полу рядом с женой, убийца вложил пистолет в его руку и поднялся, осматривая комнату. Всё в порядке. Охранную систему он отключил, записи стёр, так что следов его пребывания не осталось. Осталось аккуратно запереть двери и никому не попасться на глаза. Когда полицейские обнаружат трупы, им не потребуется много времени, чтобы распутать дело.

Посвистывая он вышел на улицу. Если в голове у Чигракова имелось раскаяние за отнятую жизнь несчастной домохозяйки, то он постарался загнать его, как можно дальше. Нужно тщательнее подбирать себе спутника жизни, успокаивал парень себя. Однако сомнения всё больше овладевали им, омрачая солнечный день.

 

 

                                                           24.

 

 

Когда Константин вновь потерял сознание, не заметил он и сам. Просто наблюдая за качающимся потолком автомобиля, он утратил чувство реальности происходящего. Словно тело его не лежало, прижатое ремнями к лежаку, а скользило вперёд. И всё это время высоко над головой шумели верхушки деревьев, а под ногами тихо хрустела опавшая листва и тонкие ветки. Вот только почему всё вокруг утратило свой цвет? Впрочем, откуда-то пришло понимание, что так и должно быть, поэтому он успокоился.

Он замедлил бег и огляделся. Среди искривлённых стволов плыли клочья мрака, мало-помалу становясь всё назойливее. Близилось славное время, когда можно скрыться во мраке и незаметно скользить, притворяясь тенью. Убедившись в том. Что вокруг всё спокойно, он вновь двинулся вперёд, легко отталкиваясь всеми четырьмя лапами…Четырьмя? Лапами? А сколько их должно быть? Вроде бы всё верно.

Нос уловил приятный аромат близкой добычи. Сладкий запах, сопутствующий вкусу свежего мяса, когда клыки рвут плоть добычи. Однако в этот раз сильный запах крови мешался с едва ощутимым ароматом чего-то незнакомого. Он остановился и нервно хлестнул себя хвостом по боку. Опять удивление: откуда взялся хвост? Неважно, главное – подобраться ближе к добыче и утолить голод.

Он быстро вскарабкался по наклонному стволу и замер в развилке между веток. Этот странный запах…Когда-то он уже ощущал нечто подобное. Тогда неприятный аромат резко усилился, ударил сильный ветер и что-то громыхнуло, опалив бок до крови. Он ускользнул, хоть громыхающие звуки и резкий свист ещё долго сопровождали отчаянное бегство. Сейчас вроде бы тихо. Но запах…

Возбуждённый близостью добычи, он издал глухой кашляющий звук, всматриваюсь в тушку у дерева. Что случилось с добычей, почему она не двигается? Впрочем, голод быстро взял верх над осторожностью и он скользнул на землю, прижимаясь к ней всем своим мощным телом. Осторожнее, осторожнее и ни один враг не сумеет обнаружить его в наступающих сумерках. Почему он ощущает такую тревогу, от которой волосы стали дыбом на загривке? Запах? Дело в нём?

Уже остановившись у окровавленной тушки он замер и ещё раз повёл носом, пытаясь понять, откуда исходит тревожащий аромат. С противоположной стороны оврага, где среди листвы заметно непонятное движение. Тревога переросла в чёткое осознание подступающей беды и он напрягся, изготовившись в один прыжок скрыться в глубине зарослей.

Что-то тихо щёлкнуло и его легко толкнуло в бок. Толчок казался едва ощутимым, но задние лапы почему-то подогнулись, отказываясь нести похолодевшее тело. Вперёд! Бежать, пока ещё не поздно!

Поздно. Вот и передние конечности поползли в разные стороны, а земля почему-то оказалась совсем рядом с головой, а после стукнула по челюсти. В глазах плыли клочья мрака и это была совсем не темнота близкой ночи. В ушах громыхали чьи-то шаги и краем глаза он видел тёмные силуэты, спешащие в его сторону.

С этого момента его сознание странно разделилось. Одна часть воспринимала звуки, исходящие от появившихся существа, как непонятные крики, подобные воплям длиннохвостых тварей, скачущим по веткам. Вторая же могла различать слова и понимать, о чём разговаривают люди, окружившие его.

- Вроде бы всё в порядке – лежит неподвижно, - сообщило одно из существ, наклоняясь над ним и внезапно ослепительный луч ударил в глаза, почти ослепив их, - Но глаза открыты и на свет реагирует. Всё в порядке?

- Это - пограничное состояние, - откликнулось второе и взмахнуло рукой, - Через пару минут он полностью отрубится. Не переживайте. Ясли сюда.

Пара тварей, до этого не издавших ни единого звука, подтащили странную штуку, напоминающую огромный древесный лист. Его перекатили на эту штуку и крепко связали. Как же ему хотелось броситься на врага и вцепится когтями в их отвратительные бледные тела, скрытые странными мёртвыми шкурами. Омерзительные конечности, лишённые когтей, вызывали у него слабое удивление: как его могли одолеть столь ничтожные враги? Ведь у них нет ни когтей, ни клыков, ни даже рогов.

- Тяжеленная зараза, - проворчало существо, - Придётся и нам впрячься, иначе не дотащат. Как бы эта хрень не порвалась, давно пора было её отремонтировать.

- Выдержит, - Отозвалось другое существо, - Как же она глазами сверкает! Не по себе становится. Наверное, так бы и вцепилась в глотку.

Существа обменялись странными отрывистыми звуками, после чего его ложе поднялось над землёй и покачиваясь поплыло вперёд. Мелькнула тень и вновь донёсся голос одного из существ:

- Красавица.

- Это – мальчик, - ответило второе, - Как и заказывали.

Он почти засыпал, когда сверху внезапно ударил мощный ветер, почти ураган. Поток воздуха прошёлся по шерсти, по ушам, надавил на глаза, вынуждая их закрываться. Громыхание напоминало раскаты, которые обычно сопровождали потоки противной влаги с небес, однако на тело не упало ни капли. Вместо этого, он ощутил, как поднимается всё выше и выше.

А потом тьма проглотила его.

Дальше пошло нечто странное: иногда удавалось различить короткие проблески света, быстро ускользающие прочь. Потом нос ощущал непонятные неживые запахи, вынуждающие шерсть вставать дыбом, точно ему грозила неведомая опасность. В голове мутилось, будто подступала грозная хворь, а ноги отказывались поднимать тело. Во мраке, пронизанном световыми искрами, невидимые твари издавали тоскливые вопли, блуждающие в голове. Он пытался выпустить когти, но что-то больно жалило в шею и весь мир вновь исчезал во тьме.

Последний раз он пришёл в себя, лёжа на странном возвышении. Тело казалось неподвижным камнем и как он ни пытался, но так и не смог пошевелить даже хвостом. Вокруг него топтались уже знакомые бледнокожие существа, напоминающие крикливых обитателей деревьев. Над головой висела странная штука, от которой исходили разноцветные лучики света. Когда один из лучей касался головы, он ощущал сильную боль.

Потом всё исчезло.

И пришёл ослепительный свет.

Он лежал возле огромного отверстия, откуда падал столб яркого света. Всё вокруг оказалось невыносимого белого цвета и даже то, на чём он лежал, тоже было белым. Всё казалось необычным и непривычным. Однако, самая большая странность притаилась внутри. В его теле. Словно оно стало чужим, принадлежащим кому-то другому.

Внезапно в стене напротив распахнулось ещё одно отверстие и внутрь необычной пещеры ступило белокожее существо, сжимающее в лапах что-то блестящее. Очевидно явился хозяин пещеры, который собирался напасть, воспользовавшись его слабостью. Перед нападением существо издало предупреждающий рык:

- Ну и как наши дела? – ворчал враг.

Защищаться! Не дать себя прикончить!

Он вырвал лапы из-под белого покрывала, скрывающего тело и приготовился к прыжку. Однако увидев конечности, тут же пришёл в дикий ужас и завопил от страха.

Вместо привычных лап у него оказались бледные конечности, напоминающие те, что он видел у своих новых недругов.

 

 

                                                           25.

 

 

Жанну подвели к большому чёрному фургону и один из мужчин, поймавших её отошёл в сторону. Он что-то торопливо бормотал в микрофон передатчика, но журналистка оказалась настолько выбита из колеи, что не могла сообразить, на каком свете находится вообще. Перед ней до сих пор стояло окровавленное лицо мёртвого полицейского и его глаза, неотрывно следящие за каждым её шагом.

Тем временем на заправке произошёл настоящий взрыв деятельности. Новый труп вызвал интерес, как правоохранителей, так и непонятных людей в штатском. Однако же, как ни странно, но «костюмам» удалось оттеснить полицию и самостоятельно заняться исследованием места преступления.

Ситуация накалялась. Образовалось две враждующих фракции, готовых сцепиться друг с другом в любой подходящий момент. Полицейские стояли около патрульных машин, курили и злобно смотрели в сторону чёрных фургонов. Майор, как самый старший, из полицейских ругался то по рации, то по радиотелефону, но с одинаковым результатом.  Окончив разговор, майор в сердцах сплюнул и попросил дать закурить и ему.

Визави полицейских вели себя много спокойнее. Временами казалось, что их вообще ничего, кроме найденного трупа, не интересует. Казалось, их внимание настолько приковано к изуродованному телу, что ничего не стоит потихоньку отойти в сторону и…

Впечатление оказалось весьма обманчивым. Стоило Зориной, немного пришедшей в себя, сделать пару шагов от фургона, как чёрные дверцы разъехались и наружу вылез огромный мужчина в коричневом костюме. Он поправил какой-то предмет под пиджаком и уставился на девушку акульими глазами.

- Постарайтесь не удаляться слишком далеко, - с ноткой сарказма произнёс громила, - Тут может быть небезопасно, как вы сами видели. Кроме того, вы можете нам потребоваться.

- А по какому праву вы меня задерживаете? – поинтересовалась Зорина, ощущая привычную боевую злость.

- Вы оказались свидетельницей преступления, - ничуть не смущаясь, заявил её собеседник и подошёл ближе, башней возвышаясь над девушкой, - Ваши показания могут послужить источником ценной информации.

- Так передайте меня правоохранителям, - быстро сказала журналистка, - Насколько мне известно, убийствами занимается прокуратура, ав ы до сих пор не предъявили ни единого документа. Вы из прокуратуры?

- Мы – оттуда, откуда нужно, - заявил громила и зевнул, точно ему наскучил разговор, - И этим делом занимаемся мы. А на вашем месте я вообще вёл бы себя, словно мышка, ясно?

- Это ещё с какого перепугу? - Зорина едва не закричала от злости, - Что за хренотень тут у вас творится? Какие-то долбанутые секретные материалы!

На этот раз ответа она не получила. Но и без того становилось понятно – происходила некая, совершенно незаконная чертовщина. Но она не позволит уродам вести себя, как каким-то нацистам! Поэтому девушка повернулась спиной к великану и решительно направилась в сторону заправки.

- Если захотите получить показания, то не забудьте прислать приглашение. И на вашем месте я бы действовала через законные инстанции. Ах да, не забудьте вернуть моё обо…О-ох!

У неё появилось ощущение, будто плечо попало в захват манипулятору промышленного робота и тот сжимает свою механическую хватку. Крепкие пальцы схватили журналистку и подтянули обратно к фургону. Громила смотрел на неё с некоторым недоумением и недовольством.

- Боюсь, вам придется остаться здесь, - сообщил он, - некоторое время.

- Я закричу! – прошипела девушка, - Здесь много людей, полицейских. Они придут на помощь.

- Я бы не советовал так поступать, - голос мужчины звучал спокойно, но его пальцы сжались ещё крепче, едва не ломая кость плеча, - Вы пожалеете. Какого вам нужно?

Она не сразу поняла. Что последний вопрос относится уже не к ней. Пока они препирались, к ним приблизилась парочка правоохранителей. Впереди стоял тот самый майор, который пытался найти управу на непонятных пришельцев. Не сумев заручиться поддержкой начальства, он попытался восстановить правовой статус кво самостоятельно.

- Мне кажется, эта женщина должна пойти с нами, - полицейский похлопал ладонью по автомату, висящему на боку, точно это должно было придать веса его словам, - Она находилась недалеко от места преступления и возможно владеет информацией, которая способна помочь следствию. Вы же, как мне кажется., тоже должны быть заинтересованы в раскрытии этого дела.

На физиономии «пиджака» появилась презрительная ухмылка, точно к нему обращался не служитель закона, а некий несмышлёный малыш. Жанна ощутила, как пальцы громилы всё сильнее впиваются в её плечо. Боль становилась настолько сильной, что девушка с трудом удерживалась от крика. Тем не менее она продолжала молчать, потому что опасалась худшего. Со стороны же казалось, будто её мучитель просто положил ладонь на плечо журналистки.

- Эта женщина – сотрудница института, - сообщил «пиджак» и слегка ослабил хватку, - Если вам ещё не сообщили, тоя могу озвучить точку зрения службы охраны: у нас – закрытая точка, курируемая спецслужбами, поэтому дела сотрудников расследует исключительно служба безопасности института. Так понятно?

- Это неправильно! – майор сцепил зубы, подавляя желание, как следует врезать по наглой морде громилы. Как же ему надоели эти мерзавцы и трусливое начальство, которое опасается за безопасность пятой точки, - Произошло убийство. И не одно, понимаете?

- Конечно, - издевательски кивнул «пиджак», - Убийство. Это – настоящий кошмар. По всем вопросам обращайтесь к своему непосредственному руководству. Понимаете?

Жанна хотела было вставить пару фраз, хотя бы объяснить, что она не имеет никакого отношения к чёртовому институту, но пальцы громилы вновь сжались и девушка утратила дар речи. Время оказалось упущено и полицейские, недовольно ворча и матеря проклятых уродов, отошли прочь. Когда они удалились на пару десятков метров, из фургона выбрался ещё один «пиджак» ростом и габаритами не уступавший собрату. Разве что новый оказался несколько старше.

Тем временем, первый отпустил плечо Зориной, и она отступила в сторону, потирая пострадавшую конечность. При этом девушка злобно смотрела на мучителя. Чёрт, она была готова убить этого засранца. И убила бы, если бы хватило сил! Но уж обругать то его ей никто не помешает.

Но не усела девушка открыть рот, как оба мужчины подхватили её под руки и быстро втащили внутрь автомобиля. Причем проделали это так ловко, словно имели огромный опыт в подобных действиях. Опомнилась Зорина лишь тогда, когда дверь фургона захлопнулась, а саму её бросили в кресло.

- Да какого же чёрта?1 – выкрикнула девушка и попыталась вскочить. Её тут же пихнули обратно, - Руки убери, скотина!

Старший, из похитителей, достал из внутреннего кармана пиджака блестящий предмет, отдалённо напоминающий маленький пистолет и показал его пленнице.

- Это – шприц, для того, чтобы успокаивать любопытных пронырливых сучек, - ровным голосом сказал он и приблизил инъектор к шее Зориной. Она ощутила прикосновение холодного металла и поёжилась, - Если ты не успокоишься, то я превращу тебя в овощ, ясно? И дальше мы сможем сделать всё, что угодно. Шутки закончились, коза, пойми. Если всё поняла – кивни головой и больше – ни единого звука, пока папа не разрешит. Ну?

Зорина кивнула, не отрывая взгляда от спокойного лица говорившего. Сама себе она в этот момент напоминала кролика перед огромным смертоносным удавом. Мужчина обозначил улыбку на тонких губах и спрятал шприц обратно. Потом положил обе ладони на плечи испуганной журналистки, но в отличие от предшественника не стал давить, а только легко похлопал.

- Сиди здесь и не рыпайся. Будь хорошей девочкой и ничего страшного не произойдёт. За тобой присмотрят, - он кивнул на второго, - Слушай всё, что он скажет и молчи. Поняла?

- Зорина кивнула.

- Вот и умничка.

Он ещё раз хлопнул девушку по плечам, после чего открыл двери и вышел. Некоторое время ничего вообще не происходило. Охранник сидел напротив и казалось, дремал. Однако, стоило ей пошевелиться, как глаза «пиджака» открывались, и девушка вновь испуганно замирала. Чтобы отвлечься, она принялась рассматривать фургон изнутри. Из-за обилия какой-то непонятной аппаратуры, машина казалась меньше, чем снаружи. Множество мониторов, сейчас отключенных, клавиатуры с неизвестными обозначениями и странные фиксаторы на стенах.

- Чертовщина какая-то, - вполголоса пробормотала Жанна, испытывая огромное желание оказаться, как можно дальше отсюда.

Внезапно двери распахнулись и в салон полезли рослые мужчины в костюмах. Казалось, они не замечали, что в их компании находится посторонний человек. Все просто занимали свободные места. Никто ни к кому не обращался, не шутил и вообще, все вели себя так, словно девушка оказалась в компании каких-то роботов. От этого мороз драл по коже и хотелось спрятаться под сидение.

Потом двери захлопнулись и фургон поехал. Однако понять это можно было лишь из-за раскачивания пола. Окна в машине отсутствовали, но, казалось, никого, кроме пассажирки это не волновало. Все остальные продолжали изображать манекены и внезапно Жанна ощутила дурацкое желание дотронуться до кого-нибудь, из соседей. чтобы убедиться: живой ли рядом человек?

Машина остановилась и тотчас пара «манекенов» поднялась и взяв Жанну под руки вывела наружу. Они оказались перед серым двухэтажным зданием с металлическими решётками на окнах. Машина, доставившая пленницу в закрытый дворик с чахлыми деревцами, окружающий серую постройку, фыркнула и выехала за ворота.  Тотчас металлический щит, с изображением белого креста на красном фоне стал на место, отрезая путь к возможному бегству. Впрочем, едва ли кто-то из сопровождающих позволил Жанне хотя бы попробовать это сделать.

Один из них подошёл ко входу в здание и некоторое время переговаривался с глазком камеры. И вопросы, и ответы невидимого охранника звучали настолько тихо, что девушка не смогла различить ни единого слова. Просто в один момент крепкая дверь распахнулась и наружу медленно выбрались парни, как две капли воды, напоминающие её похитителей, только – в белых халатах. «Костюмы» пошли впереди, а «халаты» заняли позицию сзади.

«Господи, - с некоторой иронией подумала Зорина, - Какого страшно преступника ведут, если для его охраны потребовался эдакий эскорт! Странно, что они оружие не достали».

Дверь в здание пропустила их внутрь, где вся группа проследовала по небольшому прозрачному коридорчику. За его стенами Зорина увидела охранника, пристально изучающего гостью и показала ему язык. Тот даже в лице не изменился, своим видом напоминая рыбу в аквариуме.

Дальше обнаружился небольшой вестибюль, ничем не отличающийся от приёмного покоя какой-нибудь частной зубоврачебной клиники: небольшие мягкие диванчики, столы с журналами и окошко регистратуры. На второй этаж вела изогнутая лестница, покрытая зелёным ковром и какие-тио важные бородачи рассматривали журналистку с портретов, висящих на стенах.

Один из «костюмов» повернулся и открыл рот, но ничего сказать не успел. Откуда-то сверху послышался дикий вопль, в котором мешались ужас, отчаяние и ярость животного, угодившего в ловушку.

Рыба-охранник вскочил на ноги и схватился за кобуру, из окошка регистратуры высунулась женская голова с открытым ртом, а все остальные просто замерли на месте.

 

 

 

                                                           26.

 

 

 

Сергей Александрович Малов сжимал телефонную трубку с таким чувством, будто у него в ладони находилась смертельно опасная змея, яд которой способен убить в считанные секунды. Отбросить бы её подальше! А лучше – разрубить на мелкие кусочки. Однако приходилось прижимать телефон к уху, впитывая яд. Яд слов человека, оказавшегося настолько некомпетентным, что вовсе непонятно, как он мог занимать свою должность столь длительный период. Просто эпидемия какая-то! Эпидемия глупости и непрофессионализма.

Казалось бы, ситуация складывается в их пользу. Чёртова блогерша смогла ускользнуть от болванов-полицейских, но тут же едва ли не сама попалась в руки службы безопасности. Отлично! Тащите её в институт и допрашивайте, сколько влезет. Не-ет, идиот мнит себя стратегом, видящим на сто ходов вперёд и везёт добычу в третью клинику. Дескать, там и оборудование получше и далеко ехать не пришлось. Ага, сплошная выгода. Особенно, если ты собираешься превратить пойманного человека в овощ. А Малов ещё не решил, что конкретно хотел сделать с любопытной девчонкой.

Сцепив зубы, директор удержался от стона отчаяния. Ну почему, стоит дать подчинённым немного места для инициативы, и они начинаю чудить? Да ещё и так, как ему и в кошмарном сне не привидится? Неужели в следующий раз необходимо выдавать подробный план, гд чётко расписать; когда снимать штаны, а когда приниматься за дефекацию?

И ещё это дурацкое совпадение. Сначала Роберт решает отвести свой объект в третью, а потом баран Лимонов привозит журналистку туда же. Они бы их ещё в один бокс поместили! Для чистоты эксперимента. Господи, за что это всё ему?

- Ну, что ещё? – недовольно проворчал директор, - Чем ты меня ещё собираешься радовать?

Пётр Лимонов до сих пор не сообразил, что огорчил начальника своими инициативами, поэтому не уловил иронии в его словах. В голосе Лимонова прозвучало искреннее недоумение от того, что ситуация развивается «немного не так».

- Объект Станиславского очнулся ещё раз, - сообщил он, покашливая, - Но, кажется в этот раз совершено слетел с катушек: пытался броситься на санитара, к чёртовой матери разорвал постельное. Короче, типа превратился в дикое животное.

В этот раз Малов всё же не удержался и застонал. Потом отнял трубку от уха и потряс ею в воздухе. Очень хотелось запустить телефоном в стену и расколотить проклятый девайс. Почему отменили хорошую традицию казнить гонцов, принёсших дурные новости?  Всем отрубить голову! А ведь директор так верил в талант Роберта. (Тут он немного слукавил сам перед собой: у Малова попросту не оставалось других козырей, и работа Станиславского оставалась его последней надеждой). И чем всё закончилось? Повторением катастрофы, пережитой в Пятой? Стоило ли тратить время и деньги, обнадёживая куратора?

Куратор, чёрт побери…

- Надеюсь, вы ему не очень навредили, пока успокаивали? – нервно спросил Малов, - Ваших тупых физиономий мне не жалко, но если что-то случится с объектом…Короче, шкуру сниму живьём!

- Да всё в поряде, - успокоил его Лимонов и коротко загоготал, - Ширнули его и он опять – баиньки.

- Ну, хоть с чем-то ты ещё способен справляться, - вздохнул Сергей Александрович, - Ладно, вернёмся к журналистке. Что с ней?

Лимонов определённо замялся.

- Говори уже!

- Когда доставили эту жабу у нас как раз началась эта заварушка с объектом. Ну, тёлка принялась истерить. Пришлось её успокоить. Короче, другого выхода у пацанов не было.

Боже, какой феерический идиот!

- Что вы с ней сделали?

- Да ничего, - Лимонов опять захихикал, - Набили глаз. Зато теперь она стала тихой, как мышка, сидит себе в своём боксике и думает о поведении.

Малов потёр лоб: вот ещё проблема. Ладно, с этим он разберётся немного позже, сейчас возникла масса проблем поважнее любопытной дуры. Голос Лимонова оторвал директора от размышлений.

- Тут ещё имеется проблемка. И как мне кажется, она посерьёзнее остальных встанет. Настоящий геморрой.

О чём это он?

- Тут чё, мы получили консультацию пары экспертов, - продолжил Лимонов, - Касательно Лебедя. Короче, тема такая: свил он себе гнёздышко неподалёку от заправки и продолжит нападать, пока будет пища. А как сожрёт всё, до чего сможет добраться – переберётся в город А это уже - верная жопа. Поведение у него, как у разумного существа, а силища чисто животная. Накромсает горожан – мама не горюй. Хрен мы это скроем.

- Какие будут предложения? - Малов представил себе картину бесчинств Лебедева в Лисичанске и похолодел, - Что вы можете предложить, как новый начальник сектора безопасноти?

- Необходимо срочно прочесать местность вокруг заправки и найти логово этой сволочи, - Лимонов помялся, - Только мои пацаны не очень подходят для этого, отвечаю. Мы тут перетёрли кое с кем, короче, нужно привлекать ребят из спецсектора. У них и подготовка получше будет и экипировочка – что надо. Вот только допуск…  

Чёрт, специальный сектор. Малову очень не хотелось трогать это подразделение, потому что в этом случае пришлось бы известить куратора. Но, видимо, другого выхода просто нет.

- О допуске не переживай, оформлю немедленно. Начинай планировать операцию. Планируй на самое ближайшее будущее, чтобы без проволочек. Чем больше смертей – тем труднее их скрывать, сам понимаешь.

- Ясно. Спасибо.

- Это всё?

- Типа да.

- Тогда иди и смотри, не облажайся.

В трубке поплыли гудки и директор оторвал её от уха, несколько раз подбросив на ладони. Да, это была опасная ядовитая змея, которая хотела убить его, разрушить всю его жизнь. Дикая ярость, пополам с отчаянием, охватила Малова и он запустил телефоном в стену, расколотив его вдребезги.

 

 

 

                                                27.

 

 

 

 

- Что случилось? Что со мной? – спросил Константин Бодров, приподнимаясь на кровати, насколько позволяли широкие ленты, охватывающие его тело, - Где я и почему меня привязали?

У парня оставались лишь какие-то смутные воспоминания, которые никак не желали складываться в единую чёткую картину. То вспоминался чёрный борт микроавтобуса, неумолимо приближающийся к его автомобилю. Потом он чествовал толчки в спину и ощущал запах собственной крови, смешанный с приторным ароматом чего-то непонятного. И всё это внезапно выцветало, а глаза слепили яркие лучи, постепенно превращающиеся в лицо худого мужчины в очках. Тот смотрел на Константина так, словно видел некий интересный предмет.

- Что со мной, чёрт возьми? – повторил Бодров, уже настойчивее.

Рослый мужчина в белом халате, который клевал носом у двери в палату, поднял голову и изобразил доброжелательную улыбку на плоской физиономии. После встал и подошёл к встревоженному пациенту. Однако улыбка казалась чужой, точно наклеенной, что особо подчёркивали равнодушные чёрные глаза, похожие на два пистолетных дула. Санитар, если это был санитар, сделал успокаивающий жест.

- Всё в полном порядке, - сказал здоровяк, - Вы попали в аварию, разве не помните?

Константин в очередной раз напряг память, но, как и прежде, получил длишь набор непонятных картинок. Мало того, по глазам вновь ударили ослепительные лучи и парень застонал от боли в висках.

- Нет, ни черта не выходит, - он покачал головой, - И что, всё так серьёзно? Почему меня привязали?

Санитар машинально коснулся рукой прочных ремней, проверяя их натяжку. Причём, как показалось Бодрову, его собеседник делал это с явной опаской, точно опасался, что пациент может наброситься на него. Однако, тут же опомнился и решил объяснить своё поведение.

- Не слишком ли туго? Вы были без сознания и нам пришлось зафиксировать тело, чтобы вы не насели себе дополнительных увечий.

То, что мужчина избегал ответов на вопрос, насколько серьёзны полученные травмы, показалось Константину подозрительным. Кроме того, парень почти не ощущал собственное тело, поэтому в его голову немедленно пришли самые худшие предположения.

- У меня, что, проблемы с позвоночником? – он ещё раз попытался приподнять тело, - Я не могу ходить? Да какого же вы молчите?!

Мужчина ещё раз сделал попытку улыбнуться и покачал бритой головой.

- Сейчас придёт пр…Доктор, - сказал санитар, - Доктор вам всё объяснит. А я обычный, - он резко умолк, точно проглотил непроизнесённое слово, а после продолжил, - Простой санитар. Вроде бы у вас всё в норме, только небольшая травма руки. Возможно – перелом, возможно – сильный ушиб. Ничего страшного.

Разразившись этой тирадой, он ещё раз коснулся лент, пересекающих грудь парня и вернулся на своё место у выхода. Когда громила отходил, Константин обратил внимание, что под распахнувшимся белым халатом, темнеет строгий костюм и это показалось Бодрову очень странным. Мутный санитар, непонятное место и каша из воспоминаний – сущая чертовщина! Авария, чёрт…Что же приключилось? Неужели он до сих пор не приходил в сознание?

Костя задумался над этим вопросом. Да нет, что-то всё-таки имелось. Санитар, как две капли воды похожий на этого, говорил с ним в салоне скорой и упоминал, что они едут в город…Нет, название не задержалось в памяти.

- И где же я нахожусь, - спросил он у здоровяка, который досадливо поморщился, услышав вопрос.

- Это – частная клиника, - пояснил санитар, - Город Лисичанск. У нас есть договор с МЧСниками и они иногда доставляют нам пациентов, которых рискованно перемещать на большие расстояния. Тот самый случай.

Ага, Лисичанск. Точно, как говорил мужчина в скорой. Частная клиника, надо же! Возможно этим и объясняются все непонятные моменты. Однако, как долго он тут находится? Константин запрокинул голову и постарался посмотреть в окно, надеясь узнать, какое сейчас, по крайней мере, время суток. За окном светило солнце, значит – день. Но не это больше всего заинтересовало парня, а странное стекло, отливающее голубым. Бодрову уже приходилось видеть пуленепробиваемые стёкла и он бы их ни с чем не перепутал. Забавно…Зачем в клинике, пусть даже частной, такие окна? Это точно клиника?

Теперь, когда его подозрения получили новую пищу, Константин напрягал память с особым тщанием, пытаясь отыскать в прошлом нужные намёки. Так, кое-что имеется. Он ехал по загородной трассе, вроде бы в отпуск и его подрезал, сбросив на обочину, чёрный фургон. А как же толчки в спину? В него ещё и стреляли? Но зачем? Жаль, что он не может видеть собственное тело.

- А что это за клиника? – очень осторожно спросил Бодров, стараясь, чтобы его голос ничем не выдал напряжения, - Я уже сталкивался с платной медициной и не уверен, что смогу оплатить комплекс услуг по полной реабилитации. А моя медицинская страховка…

Должно быть ему не удалось обмануть соглядатая, - потому что тот бросил быстрый взгляд на говорящего, а после покосился на дверь. Однако, когда здоровяк начал отвечать, его спокойный голос и улыбка, старались показать, что ничего особенного не происходит. Впрочем, возможно Бодров напрасно драматизировал ситуацию и на самом деле с ним разговаривал обычный санитар?

- Должно быть я не совсем правильно выразился, - мужчина даже руками развёл, - Клиника, не то, чтобы частная. Просто она находится в подчинении исследовательского института. Тут занимаются изучением психических патологий, поэтому вас и доставили сюда, чтобы проверить, нет ли повреждений головы. А по поводу оплаты – не беспокойтесь, я же говорил, у нас договор с МЧС никами.

- Спасибо, - Константин выдохнул, - Просто я немного волнуюсь. Ну…Сами понимаете.

- Да без проблем, не переживайте. Скоро придёт про…доктор и всё окончательно прояснится.

- А его сейчас нет на месте?

- Так вы же умудрились попасть в аварию, когда у нас тут было настоящее затишье. - сонное царство, - санитар постарался улыбнуться ещё шире, отчего стало казаться будто он изображает оскал хищника, - Доктору пришлось звонить домой.

Ну вот, теперь всё прояснилось. Прочные стёкла – для буйных пациентов., а санитара наверняка выдернули с отдыха, вот он и не при параде. Психические патологии, надо же – хорошенькие у него соседи! Поэтому тут и работают такие здоровилы, как этот.  Теперь, когда частички мозаики вроде бы стали на свои места, Константин немного успокоился.

Пока можно заняться собственной головой и немного разобраться с путаницей воспоминаний. Откуда, чёрт побери, взялись эти джунгли, которые постоянно встают перед глазами? Ёлки-моталки, он-то и в порядочном лесу никогда не бывал! Возможно, это – воспоминание от какого-то фильма? Скажем, он пошёл в кинотеатр, после работы и там…Стоп, кем он работает? Костя, хоть убей, не мог вспомнить, кто он по профессии.

В панике парень посмотрел на санитара: может признаться, что у него есть такая проблема? Или всё же дождаться доктора и получить нормальную консультацию? Скорее всего, во время аварии он сильно ударился головой, отсюда провалы в памяти и странные видения. Однако, паршивое же чувство, когда ты что-то не можешь вспомнить! Ага, а что он помнит вообще?

Вот теперь Косте стало страшно по-настоящему. Стоило начать рыться в голове и наружу хлынула настоящая мешанина из образов, картинок и впечатлений. Мало того, что Бодров не понимал смысла некоторых вещей, так они зачатую противоречили друг другу. Во какие-то мужчина и женщина (родители?) ведут его некое место, где учат выслеживать добычу. Вот парень в школе, но стены заведения почему-то состоят из деревьев, а он вновь занят тем, что прячется и выслеживает пищу. И почему его родители то выглядят, как люди, а то – напоминают больших чёрных кошек? И всё это – на фоне слепящих лучей, от сияния которых болит голова.

Костя едва не застонал от жуткой боли. Все усилия казались тщетными: прошлое окончательно превратилось в жуткую кашу из событий, переплетающихся, наслаивающихся и прорастающих одно из другого. Но парень не собирался сдаваться. Хоть какую-то зацепку! Девушка…У него была девушка? Какая-то смутная тень, расплывчатый овал лица, пушистые волосы, упругие губы…Как её звали?

Светлана? Имя выплыло из глубин памяти, вызвав болезненный толчок в груди. Они расстались? Должно быть так, иначе почему ему так грустно.

Какая чертовщина творится с его головой? А может именно поэтому он кукует в лечебнице для психов? И привязали его, потому что он буйствовал? Господи, да быть такого не может! Он же – не какой-то псих!

Дверь в палату щёлкнула и распахнулась. Санитар тут же оказался на ногах и сделал странное движение рукой, точно собирался запустить ладонь под халат.

- А вот и наш доктор, - в голосе здоровяка слышалось облегчение.

На пороге появился человек в белом халате и Константин тут же узнал пришельца. Тот самый худой мужчина в очках, глаза которого горели холодным огнём фанатика. В голове парня проснулась былая боль, а перед глазами полыхнула сетка ослепительных лучей. Потом невыносимый взрыв выбросил сознание Бодрова в пустоту.

Пантера увидел существ, уже причинявших ему боль прежде.  Да, тогда он не мог пошевелиться, но сейчас путы казались ничтожным препятствием к свободе. Он не собирался сдаваться! С оглушительным хлопком ремни разлетелись на куски и он вскочил на ноги, уставившись на врагов.

- Твою мать! – проворчал санитар и полез под халат.

В этом жесте таилась угроза и пантера явственно ощущал её. Нельзя медлить ни секунды! Прыжок вышел каким-то коротким и неуклюжим, да и тело казалось совсем чужим. До двери он так и не допрыгнул. Санитар вытащил руку и в его ладони щёлкнул блестящий предмет. Опасность!

- Не убей его, идиот! – завизжал Станиславский, отпрыгнув в сторону, - Бей по ногам!

Что-то громыхнуло и пол внезапно взорвался осколками у самого лица. Опасность!

Пантера выскочил за дверь и большими прыжками помчался по коридору.

 

 

                                               28.

 

 

Жанна сидела на стуле и прикладывала к щеке пакет со льдом, который ей предоставили хлебосольные хозяева. Время от времени девушка начинала злобно шипеть и сжимать кулаки, вспоминая, как один из здоровенных балбесов, что впихивали журналистку сюда, вломил ей хорошенькую плюху. Она упала на пол, ощущая, как немеет щека и ни один из уродов даже не подумал предложить Зориной руку. Её просто подпихнули ногой и хорошо, хоть не стали пинать – с них станется.

Здесь же девушка ощутила себя настоящей заключённой, прямо-таки жертвой кровавого режима, как их описывают либеральные СМИ. Она с тоской огляделась: стены, обшитые чем-то прочным и мягким, словно в камере дурки. Кровать прикручена к полу и снабжена широкими ремнями, - ну точно дурдом! На окне стёкла, отливающие синим – наверное пуленепробиваемые. Всё – один к одному, чёрт бы их побрал.

Да и стул, на который её посадили, тоже намертво привинчен к полу. Плюс ко всему, седушка оказалась невероятно жёсткой, так что Зорина уже ощущала, как немеет попа. Возник соблазн пересесть на кровать, однако стоило посмотреть на ленты, как тотчас появилось подозрение, что они этого и ждут. А потом во мгновение ока спеленают непослушную гостью. Глупо, конечно, но она так и не смогла прогнать дурацкую мысль. Нет, уж, она и дальше посидит на этом неудобном стуле.

Блин, ну не может же быть такого, чтобы её держали тут целую вечность! Просто эти дебилы из охраны переусердствовали. Сейчас приедет их начальство, разберётся во всём, Жанну отпустят, да ещё и станут просить прощения. А она им такая: прямо отсюда еду к юристу и говорить продолжим только там. А ещё и выкатит статейку, под названием…

Зорина даже улыбнулась, представив возможный заголовок: «Железный занавес в Лисичанске». Или, вот так: «Сумерки демократии». А потом – громкий судебный процесс и её звезда вспыхнет, подобно сверхновой!

Тем не менее, слабый червячок сомнений уже успел поселиться в душе Зориной и теперь медленно, но верно выгрызал там кусочек за кусочком. Уж больно уверенно вели себя все эти люди, как будто выполняли инструкции, присланные с самого верха. Неужели в этот раз её угораздило сунуться во что-то, действительно серьёзное? Чёрт, но она же читала аналитические статьи, в которых раскрывались коррупционеры в самом правительстве? И никто не похищал и не убивал аналитиков. Что она упускает?

От всех этих мыслей девушке стало совсем не по себе и она заёрзала на стуле, пытаясь устроиться поудобнее. Не получилось. Чёртову штуковину, казалось, специально спроектировали так, чтобы доставлять неудобство сидящему. Тогда девушка осторожно отняла лёд от щеки и прикоснулась к коже. Опухоль, как ей показалось немного спала, однако для полной уверенности не мешало бы посмотреть в зеркало. Чёрт, а все её прибамбасы остались в лесу. Если только их не нашли эти долбаные уроды.

Щёлкнул замок и дверь распахнулась, пропустив внутрь человека в белом халате. Едва взглянув пришельцу в лицо, Жанна сразу же узнала немигающий взгляд змеиных глаз. «Он точно хамелеон, - с нарастающим ужасом подумала журналистка, - То – полицейский, то- доктор, но глаза всё время остаются одинаковыми – змеиными». Мужчина фальшиво улыбнулся и осмотрелся, видимо в поисках второго стула. Не обнаружив ничего подходящего, он поставил чемоданчик, который держал в руке, на пол. Потом до хруста размял длинные тонкие пальцы.

- Ну что же, - он протянул руку, - Думаю, настало время представиться. Меня зовут Сергей Фельдман. Так уж вышло, что я единственный из врачей, кто сегодня дежурит в клинике.

- Я так понимаю, что для этого вы даже оставили службу в полиции? – съязвила Жанна, игнорируя протянутую руку, - Или вы там подрабатываете в свободное время? Ну да, время такое, тяжёлое…И где платят больше, если не секрет?

Широкая улыбка несколько поблекла, а в холодных глазах плеснулось раздражение. Фельдман, если его так звали на самом деле, подошёл к окну и присел на кровать. Бросил мимолётный взгляд на улицу и вновь повернулся к девушке.

- Ну что же, - он вновь размял пальцы, - Может быть, он и к лучшему. Оставим игры для детей. Да, конечно я – никакой не доктор, да и не полицейский, естественно.  Меня можно назвать человеком, который выполняет щекотливые поручения и устраняет проблемы.

Он помолчал, рассматривая ухоженные ногти. Потом поднял голову и спокойно продолжил:

- Вы – проблема, - он даже показал пальцем, чтобы собеседница не сомневалась, кого он имеет в виду, - Вы оказались не в том месте, не в то время…Да и вообще, за каким чёртом вас принесло в наше сонное царство?

- Спокойное? – фыркнула Жанна, - Вам не хватает только тяжёлой артиллерии, как в Донбассе, чтобы стать совсем сонными!

Её слова ничуть не задели Фельдмана и не заставили его смутиться. Он только пожал плечами.

- Всего лишь мелкие неприятности. Временные неприятности, - подчеркнул мужчина, подняв указательный палец, - А вот ваш приезд может стать источником продолжительных и очень крупных неприятностей. А ведь вы, Жанна, даже не понимаете, во что вляпались.

Он покачала головой, напоминая воспитателя, который выговаривает маленькой девочке за незначительную провинность. «Как это, мать его, трогательно, - с ожесточением подумала Жанна, - Добрый дядя решил мне попенять, после того, как другие добрые дяди подбили глаз!»

- Ну и во что же я вляпалась? – спросила девушка, - Может я раскаюсь и не стану создавать продолжительные и крупные неприятности?

Фельдман криво усмехнулся.

- Это – закрытый правительственный проект, а вы – далеко не тот человек, который может раскаяться. Мы уже успели навести о вас справки. Если не сумеете опубликовать полученную информацию, вас разорвёт на части. Думаю, что журналистика для вас – форма сексуального удовлетворения.

- Огромное спасибо, Доктор Фрейд, - девушка демонстративно хлопнула в ладоши, - А ещё у меня сексуальная связь с братом, а в перерывах я совращаю несовершеннолетних. Сеанс окончен? Переходите к делу.

Фельдман поднялся с кровати и медленно приблизился к журналистке, на ходу разминая кисти рук. Зорина напряглась. Что этот мерзавец собирается делать? Она не собирается больше давать себя в обиду! Если он только замахнётся, Жанна сразу же даст ему между ног. Однако мужчина остановился в паре шагов и сунул руки в карман халата.

- Жанна, - очень мягко спросил он, - Кому вы рассказали о своей поездке в Лисичанск?

- Многим, - отрезала она, ощущая внезапный холодок между лопатками, - если через пару дней я не дам знать о себе, ждите целую кучу гостей.

Фельдман кивнул.

- Хорошо, - сказал он, - Сформулирую свой вопрос несколько иначе. Кто знает о вашей поездке в Лисичанск, кроме покойного Евгения Самойлова?

Жанна вздрогнула, точно через неё пропустили электрический разряд. Жека мёртв? Не может быть! Этот гад врёт!

Точно прочитав её мысли, мужчина согласно кивнул.

- Можете считать, как вам угодно. Однако же, задумайтесь, сколько ещё близких вам людей могут пострадать из-за досадного упрямства любопытной девчонки. Стоит ли дурацкая информация человеческой жизни?

- Ублюдок! – прошипела Жанна, - Чёрт с тобой, никто про это больше не знает, доволен? Оставьте моих родных в покое!

- Хорошо, - Фельдман вновь ухмыльнулся и открыл принесённый чемоданчик. Потом достал наружу уже знакомый девушке шприц-пистолет, - Думаю, вам стоит немного подремать, пока мы решим, что с вами делать. Прилягте на коечку, милая. Вы даже ничего не…

Грохнула, распахнувшись, дверь и внутрь ввалился здоровяк с физиономией, разбитой в кровь. Костюм на нём больше напоминал лохмотья, чем одежду. Внутрь ворвался вой сирены и отдалённые щелчки, напоминающие выстрелы. Парень схватился за разбитое лицо и осел на пол.

- Он вырвался! – пробормотал он глухо, - Этот сукин сын вырвался…

Фельдман потерянно уставился на дверь, сжимая поднятый инъектор у щеки. Ну, сейчас или никогда! Жанна подскочила к мужчине и приставив шприц к шее, сжала на пальцы врага. Тот рефлекторно нажал на кнопку. Раздался тихий щелчок.

- Ах ты, маленькая сучка! – удивлённо пробормотал Фельдман, уставившись на опустевшую ампулу, - Ах ты…

Однако его глаза уже начали закатываться и спустя мгновение ноги мужчины подогнулись, а сам он распростёрся рядом со своим коллегой. Жанна переступила через лежащие тела и осторожно выглянула в коридор. Чуть дальше на полу лежал ещё один мужчина и не шевелился. Больше никого Зорина не увидела. Отлично!

Она прокралась к лестнице, ведущей на первый шаг и изучила вестибюль. Будка охраны оказалась пуста, а в толстом стекле белели свежие отметины. Множество отметин.

Сирена захлебнулась и умолкла и Зорина услышала шаги. Больше ждать нельзя. Жанна сбежала по лестнице и с огромной скоростью промчалась по пустому залу. Входная дверь распахнута – просто великолепно!

- Лучше и быть не могло, - пробормотала девушка.

Снаружи она едва не наступила на охранника, который слабо ворочался и тихо стонал. Она перепрыгнула через лежащего и тут же выругалась: завизжали тормоза и за воротами остановились два чёрных микроавтобуса. Шаги сзади приближались. Надеясь, что подъехавшие не успели её заметить, девушка метнулась под защиту деревьев. Перемахнув через высокие кусты, Зорина упала на живот и обнаружила, что не одна. Лицом к лицу с ней оказался молодой человек, стоящий на четвереньках.

Впрочем, человек ли?

 

 

 

                                                           29.

 

 

 

Чип свернул к обочине, притормозил и высунув голову в окно, поинтересовался:

- Неприятности? Может, я чем-нибудь помогу?

Рыжая девица, которая внимательно изучала внутренности, видавшей виды Бэхи, подняла голову и уставилась на парня пронзительными зелёными глазами. Нос девушки оказался измазан чем-то тёмным, что создавало необычайный комический эффект. Поэтому Алексей не выдержал и хихикнул. За что тут же получил суровую отповедь.

- И что тут такого, блин, смешного? – неизвестная шмыгнула грязным носом, - Желаешь поржать – катись дальше. А если реально хочешь помочь – иди и помогай. только сразу тебе говорю, вздумаешь лезть – дам по башке монтировкой.

- Да ладно! – Чип выбрался из салона, - Сразу монтировкой?  Даже имени не спросишь? Прости, что смеялся, просто у тебя нос в масле. Сейчас я подойду и посмотрю, что там с твоим ветераном, но умоляю – сразу не колоти: моя голова плохо переносит союз с твёрдыми металлическими предметами.

- Нет, ну я тоже не очень люблю там поступать, - отозвалась рыжая, отступая на пару шагов, - Просто, это – уже не первый случай.

- И куда же ты складываешь трупы? – спросил Чиграков, заглядывая под капот, - Надеюсь – подальше. Понимаешь ли, у меня очень ранимая душа, которая плохо переносит жестокое обращение с животными.

Девушка хмыкнула и попробовала вытереть нос, но лишь растёрла тёмное пятно, отчего стала напоминать симпатичный вариант клоуна. Алексей покосился на неё и рассмеялся, уже не сдерживаясь.

- Да что? – сердито воскликнула девушка, - Что тут такого смешного?

- Кажется я уже слышал эту фразу, - задумчиво протянул парень, - Мы знакомы меньше пяти минут, а ты – повторяешься. Экий был бы кошмар, если бы нам пришлось прожить лет десять вместе.

- Забыл про монтировку? – деловито напомнила девица, - Будешь умничать – покажу, где лежат трупы предшественников. А после подожгу эту огромную кучу и устрою ритуальную пляску, чтобы трупы всех мужских шовинистов отправились прямиком в ад! Ха-ха-ха!

- Очень страшно, - согласился Чип, вытирая руки платком, - Ну и кто же тогда отремонтирует твой раритет?

Он вздохнул и под изумлённым взглядом собеседницы захлопнул капот автомобиля. Потом протянул руку.

- Давай., что ли знакомиться, воинствующая феминистка. Всё равно нам придётся узнать друг друга немного лучше. Если ты конечно не собираешься ночевать в машине. И насчёт монтировки…Не надо, а? Поверь, намерения у меня – исключительно положительные.

Девица подозрительно посмотрела на парня.

- Это ты сейчас о чём?

- Твой автомобильчик немножко сдох. Ну, как тот хомячок, из анекдота, - пояснил Чиграков, - Если в нём заменить одну штучку, то он оживёт, но сделать это реально только в гараже или автосервисе. Связи у нас нет, так что, как вариант покричать в сторону леса – возможно кто-то приедет. Или я могу подкинуть тебя в Лисичанск. Но только, если ты скажешь своё имя. Бесплатно лишь кошки родятся.

- - Мария, Маша, - растерянно сказала девушка, явно неготовая к такому повороту событий, - И что, совсем никак? – Чип пожал плечами, - Понятно. Лисичанск…Так вот, как это захолустье называется. И что я там стану делать?  Гостиницы какие-нибудь у вас имеются? Или комнату какую на ночь снять?

Алексей почесал в затылке. В голове у парня вертелась одна мысль, но он отлично понимал: если узнает куратор – по голове точно не погладит. Однако же девушка ему очень понравилась и почему-то весьма не хотелось именно этот вечер проводить в одиночестве. Тем более, такой случай. Поэтому Чип решил немного слукавить.

- Был мотельчик, - парень развёл руками, - Да весь вышел; места у нас глухие – туристов совсем нет. Комнаты не сдают, по той же причине.

На мордашке Марии появилось плохо скрываемое отчаяние.

- Ну что же, - он вздохнула, - перетопчусь. Тем более, мне уже приходилось спать в этом металлоломе. В случае чего, постоять за себя смогу.

- При помощи монтировки? – ухмыльнулся парень, - Знаешь, что? С машиной помочь тебе я так и не сумел, но зато есть совершенно шикарный вариант с ночёвкой.

- Ага, - Маша прищурилась, - Поехать к тебе домой, так? А там добрый хозяин предложит даме свою постель, да ещё и погреет в придачу. Всё правильно?

- Я сплю на полу, - заметил Алексей, - А ты можешь взять с собой верную монтировку и как только хозяин полезет греть – по мордасам нахала. Подходит? Выделю тебе шикарнейший диван, а утром смотаюсь на заправку, там у нас мастер по ремонту эдакой рухляди – пусть ковыряется. Да, ещё могу предложить пиццу, так уж и быть, расслаблюсь, ради такого случая.

- Я вегетарианка, - строго сказала девушка, но определённо задумалась, - И ты ничего не станешь требовать взамен? Совсем-совсем ничего?

- Скажу тебе по секрету, - Чиграков подошёл к своей машине, - На самом деле, я – маньяк, который катается по этой дороге и ждёт, когда у симпатичных девушек сломается машина. Тогда я приглашаю их домой и…И давай без монтировки? Едешь, или подождёшь другого маньяка?

Мария наконец решилась и включив сигнализацию своего БМВ села рядом с Алексеем. В руках она держала лишь небольшую дамскую сумочку.

- Должно быть очень маленькая монтировка, - прокомментировал тот, трогая автомобиль с места, - Раскладная, должно быть. Но это я так, для поддержания разговора.

Мария рассмеялась и забросила сумку на заднее сидение.

- Кстати, ты так и не сказал, как тебя самого зовут, - заметила она, рассматривая своё лицо в зеркале заднего вида, - М-да, красотка…Так что, судя по всему, меня везёт очень хитрый тип, возможно – реальный маньяк.

- Что значит: «возможно»? – обиделся Чиграков, - Самый, что ни на есть, настоящий, клянусь мамой! Приедем, покажу коллекцию сушёных голов. Мышиных, правда, но это – неважно. Зовут меня Алексеем, но я предпочитаю, чтобы меня звали Чипом.

- Это ещё почему? – развеселилась девушка, - Ассоциируешь себя с компьютером?

- Ага. Родители очень хотели компьютер, а родился мальчик, - Алексей хмыкнул, - Просто этот самый мальчик был очень маленьким мальчиком, прямо, как…чип. Сначала обижался на прозвище, потом – привык, а теперь, даже нравится. Тебе как?

- Что-то в этом определённо есть, - согласилась Мария, - Необычно. Прямо как сценический псевдоним.  А теперь, на сцене – Чип.

- Чип и Мария! – пафосно возвестил парень, - Ты что, имеешь дело с шоубизом?

- Не-а, - она покачала головой, - Я имею дело с дипломом и родителями, которые пытаются меня заставить работать по специальности. А так, я – безработная.

- Дармоедка, стало быть, - покивал Чип, - Так я и думал. У тебя на лице написано. Маслом. Салфетку дать?

- Что это? – Мария даже шею вытянула, рассматривая заправку, медленно погружающуюся в вечерние сумерки. Полицейская машина, пара правоохранителей и куча полосатых ленточек, - Это не здесь твой мастер-ломастер работать должен?

- Чёрт! – Чип внезапно вспомнил про убитого Селезнёва, - Как бы не пришлось везти тебя домой. Да, кстати, по ночам у нас небезопасно – видишь, какая фигня. Так что вдвойне хорошо, что я тебя вовремя встретил.

- Угу, менты, ленточки и раскуроченный фасад. Тут что, банда орудует?

- Хрен его знает, - Алексей пожал плечами, - Я вообще-то далёк от криминала.

«Знала бы ты всё, - подумал он, - Ты бы ещё не так меня благодарила! Чёрт, хотя бы этот Бруно, или как его, ни хрена не узнал. Да ладно, она же – обычная девчонка и всего лишь переночует».

- И кем ты должна стать, после универа? – спросил он, пытаясь отвлечь спутницу, - Или это – закрытая информация? Ты не подумай, я не какой-то шпион!

- Нет, ну точно. Угораздило же меня: мало того, что маньяк, так ещё и шпион!  Ничего я тебе не скажу, проклятый разведчик! Можешь до смерти пытать меня своей пиццей. Я никогда в жизни не признаюсь, что должна стать юристом, понятно?

- Ладно, - зловеще сказа Алексей и замедлил ход машины, - Тогда я оставлю тебя здесь, на пустынной дороге и тебе придётся ждать приезда следующего маньяка. Но предупреждаю, он окажется страшным, старым и лысым!

- О, нет! – взмолилась Мария, - Прошу тебя, только не это. Я не желаю никого другого, кроме такого красавца. Признайся, на самом деле, ты – Брэд Питт?

- Он самый, - согласился Чип, - Вышел на пенсию, сделал пластическую операцию и…Мы приехали.

Маша с некоторой оторопью рассматривала огромный двухэтажный дом, возвышающийся между деревьями. Никакой ограды, никаких соседей. Стоило задуматься, кто на самом деле человек, помогающий ей. Новая машина, большой дом, на отшибе от города…Кто это парень?

- Впечатляет? В лотерею выиграл.

- Да кто ты такой? – спросила девушка, - Реально шпион?

- Племянник президента, - отшутился Чип, - Но – тсс! Никому. А теперь – добро пожаловать в моё скромное жилище.

Если сначала девушка оказалась удивлена размерами постройки, то угодлив внутрь испытала ещё один шок. Почти полное отсутствие мебели и какого бы то ни было декора. За исключением уже озвученного дивана, кресел да столика с телефоном, она не увидела практически ничего.

- Походу ты особо не заморачивался с подбором мебели, - хмыкнула Мария, - Что, все деньги ушли на дом?

- Да нет, просто покупал то, что было необходимо, - несколько смущённо протянул Чип, впервые пытаясь рассмотреть обстановку глазами гостя, - Так, пиццу ты не хочешь, поэтому могу предложить яблоко и м-м…Кофе будешь?

- Я вообще-то кофе не очень, особенно вечером, - Мария рассматривала хозяина, словно видела в первый раз, - Но, если больше нечего. А-а, к вам попадёшь – любую гадость есть научишься! Это – из Карлсона, если что. А наверху у тебя что?

- Спортзал, - пояснил Чип, оживляя кофеварку, - Хочешь – посмотри, пока я тут колдую.

- Такой большой спортзал? – удивилась Мария, поднимаясь по лестнице.

Зазвонил телефон. Впервые парень ощутил, как у него заныло сердце. Недобрые предчувствия.  Он медленно подошёл и снял трубку.

- Чип, это я – Бруно, - сказал голос.

 

 

 

                                                           30.

 

 

 

 

Когда Роберт Станиславский вошёл в кабинет, Сергей Александрович Малов сидел за столом, бессильно уронив голову на лежащие руки. Не поднимая шаркающих ног, Роберт подошёл к креслу и скорее упал, чем сел. Воцарилась абсолютная тишина. Некоторое время никто ничего не делал и не говорил. Директор института продолжал сидеть в прежней позе, а гость уныло рассматривал пыльные туфли. Казалось он и сам удивлялся тому, что его обувь так запущена.

Наконец Малов, не поднимая головы, спросил надтреснутым голосом:

- Как же всё так вышло, а? Ты же клялся, что у тебя всё получится и я поверил. Поверил тебе, Роберт, поверил, как своему товарищу, который не может подвести!

Станиславский молчал, а Малов приподнял голову и посмотрел на него красными, от усталости, газами. Потом продолжил:

- И что же мы имеем в сухом остатке? Очередного психопата, который сбежал из-под вашей опеки и скрылся в лесу? Только этот, судя по всему, ещё опаснее предыдущего, чёрт возьми! Сколько пострадало сотрудников? Десять? Двадцать? Эти черти из охраны не решаются открыть насколько они некомпетентны, но ты…

- Просто неудачное стечение обстоятельств, - просипел Станиславский, обращаясь к своей обуви, - Никто не ожидал, что человек с повреждённой рукой сумеет разорвать ремни…

Малов откинулся на спинку кресла, недоверчиво рассматривая собеседника. Потом издал тихий смешок.

- Человек? Ты назвал ЭТО человеком? – он пошарил рукой по столу, точно искал что-то и вдруг взорвался яростным криком, - Какой, нахер, человек?! Какого хера ты морочишь мне голову? Кроме тебя там были и другие и они говорят, что эта тварь вела себя как угодно, но только не как человек. Или они ошибаются? Нет, скажи мне, что все остальные ошибаются! Скажи и я опять тебе поверю!

Роберт Станиславский молчал. В голове у него было пусто, как в старом заброшенном доме, откуда ушли даже фамильные привидения и крысы. Как он, человек, который никогда прежде не ошибался, мог прийти к подобному финишу? Ведь всё это – не просто крах его карьеры, это – конец всех его убеждений, всего того, что прежде служило источником энергии. Станиславский пытался найти ошибку в своих действиях, но никак не мог сосредоточиться. Почему его не могут оставить в покое? Возможно, тогда удастся собрать все мысли и стать тем Робертом Станиславским, каким он был прежде.

Сергей Александрович внимательно смотрел на него, терпеливо ожидая ответа, который он, скорее всего, не получит. Всё, человек, понуро сидящий в кресле перестал быть тем Робертом Станиславским, которого Малов знал прежде. Вот так, сначала Барков, а теперь – Роберт. Все предали и покинули его, оставив с непосильным грузом проблем и неприятностей. Скоро этот снежный ком погребёт директора, похоронит его и его труд.

Два титана рухнули, а те, кто остался не смогут их заменить. Два таких огромных провала, плюс множество мелких неприятностей поставили институт на край пропасти.

«Почему же два? – внезапно подумал он, - Давай ты хоть сам себе не станешь врать. Первый, продукт их совместного с Барковым труда, до сих пор занимает бокс в подвале здания. И не дай бог ему когда-нибудь вырваться наружу! Тогда уж точно - конец».

Малов настолько погрузился в свои мысли, что пропустил момент, когда Станиславский начал говорить. Доктор говорил монотонно, продолжая рассматривать грязную обувь, точно обращался к самому себе. Всё выглядело настолько жутко, что у директора мурашки побежали по спине.

«Вот, как это выглядит, - подумал Малов и потёр виски, - Вот, как человек ломается».

- Всё было в норме, - говорил Станиславский, - Мы сняли показатели мозговой активности и они почти не отличались от тех, которые получили до начала эксперимента. Отличия оказались столь незначительными, что возникли подозрения, а есть ли они вообще. Предположили, что опыт прошёл в пустую.  В скорой Бодров вёл себя абсолютно естественно, как и другие, в таких ситуациях: волновался, интересовался, что с ним. Он даже вспомнил, что его автомобиль таранили на трассе. Вы, помнится, упоминали, что просто забрали пациента на месте аварии, - Малов досадливо поморщился, однако промолчал, - Это несколько обеспокоило, но Бодров уснул и его спокойно доставили на место. Мы начали готовить лабораторию к повторному эксперименту, однако внезапно поступила информация, об аномальном поведении наблюдаемого.

Станиславский наклонился и коснулся пальцем пятна на туфле. Однако опомнился и почти испуганно посмотрел на Малова. Тот качнул головой, мол, продолжай.

- Подопечный начал вести себя, подобно дикому животному. Я смотрел записи с камер наблюдения: совершенно очевидно, что Бодров не воспринимал себя, как человека. Его пришлось погрузить в сон. Однако, после пробуждения, Бодров вновь вёл себя подобно обычному человеку. Мы предположили, что имеет место быть запоздалая реакция на вторжение в мозг, но ошиблись и в это раз. Стоило мне войти в палату и всё человеческое слетело с парня, подобно шелухе. Сергей, клянусь, я лично видел, как разум покинул его глаза, сменившись чем-то первобытным, звериным. Да, это – лирика, но так и было!

Станиславский умолк, нервно сплетая тонкие длинные пальцы, так что он жалобно похрустывали. Малов отлично знал всё, о чём рассказывал Роберт, но директору было интересно выслушать мнение самого автора неудавшегося эксперимента. Поэтом он наклонился, уперев подбородок в подставленные кулаки и мягко спросил:

- И почему же так произошло, Роберт? Возможно, дело в кандидатах?  Какая-нибудь нестабильность? Патологии, незамеченные при осмотре? Есть соображения?

Станиславский устало потёр пальцами лицо. Кожа на его физиономии отвисла, отчего доктор напоминал старого больного бульдога. Потом Роберт поднял голову и посмотрел на директора пустыми глазами.

- Соображения? – переспросил он, - Есть некоторые предположения, но сразу предупреждаю: тебе они не понравятся. С Бодровым, естественно, нельзя быть уверенным на все сто, уж слишком короток срок между его появлением и проведением опыта. Но я читал отчёты Баркова по Прохору. Лебедева исследовали на протяжении полутора месяцев, так что пропустить какие-то патологии просто не могли. Знаешь, что, Сергей…Мне кажется, человеческий разум – тонкая ниточка, натянутая над пропастью хаоса и безумия. Она может быть тоньше или толще, но в любом случае человеку приходится мучительно балансировать, пытаясь не рухнуть в бездну. По сравнению с тонкой струной, разум животного – толстый надёжный канат и если человеку предоставить выбор, он предпочтёт этот самый канат. И чем сильнее потрясения в жизни человека, тем скорее он ступит на канат.

Станиславский развёл руками, точно пытался показать своё бессилие перед подобным шагом. Однако его собеседника подобный поворот сосем не устраивал.

- Если стать на подобную точку зрения, то выходи, что все наши опыты не имеют ни малейшего смысла я тебя правильно понял? Все наши старания, все потраченные средства, всё это, совсем немаленькое время, ушли на доказательства дурацкого тезиса, что человек не слишком далеко ушёл от животного? Так, что ли? Мы потратили кучу денег и получили пару животных в человеческом облике?

Станиславский вновь развёл руками. Малов криво ухмыльнулся и покачал головой.

- Роберт, мне кажется, ты – просто переутомился. А ещё и эта неудача…Так случается. Думаю, недели отпуска окажется вполне достаточно, чтобы привести тебя в норму. Вернёшься отдохнувший, с новыми идеями.

Станиславский с огромным трудом поднялся из кресла и тяжело загребая ногами подошёл к двери. Уже взявшись за ручку он замер. Словно собирался с мыслями. Потом сказал, не поворачивая головы:

- Всё же, Серёжа, думаю, что прав – я, а ты – заблуждаешься. Мы – совсем не боги, чтобы вмешиваться в сущность человека, меняя её для своих нужд. Мы – просто люди. До свидания.

- До свидания, Роберт, - громко сказал Малов, а после добавил, чуть слышно, - Прощай, старина.

После ухода своего старого товарища он долго сидел и смотрел в окно. Вечерело. В окне медленно покачивались верхушки деревьев. В действие Малов очень любил лазать по деревьям и ему было всё равно, сколько царапин, синяков и шишек он получит. Куда ушло то беззаботное время, когда он отвечал только за себя, когда не требовалось принимать этих отвратительных решений и чувствовать себя настоящим негодяем? Почему он не может просто сидеть на берегу речки, свесив ноги в холодную воду и следить за поплавком? Или, среди ветвей высокого дерева, смотреть на звёзды и слушать свист озорного ветра?

Малов подошёл к окну и уставился на лучи солнца, золотящие листву. Захотелось разбежаться и прыгнуть наружу, растворившись в прозрачном вечернем воздухе.

Зазвонил телефон, лежащий на столе и Малов, почти испуганно, уставился на него.

«Хоть минуту тишины! – взмолился директор, - Хоть минуту тишины и покоя!»

 

 

 

31.                  

 

 

           

            Жанна начала отползать, пока не упёрлась попой в ствол дерева. Потом замерла, испуганно уставившись на странного незнакомца. И его поза, несвойственная человеку и непонятное выражение напряжённого лица, более подходящее загнанному животному, наводили на мысль о безумце, удравшему из-под опеки санитаров.  Жанна не знала, как ей поступить. С одной стороны, её преследовали враги, а с другой – не причинит ли ей незнакомец большего вреда? Ведь, судя по всему, весь барак в клинике, откуда она сбежала, устроил именно он.

Парень, который продолжал пристально рассматривать девушку, внезапно осклабился, точно пытался улыбнуться. Потом его лицо исказилось в жуткой гримасе и неизвестный выдавил из себя:

- Света?

- Что? – удивилась Зорина. Почему-то девушка совсем не ожидала услышать от молодого человека разумных фраз.

- Света? – в голосе парня прозвучало сомнение, - Света? Нет?

Он протянул вперёд руку со скрюченными пальцами и девушка прижалась к дереву, сжимая кулаки. Однако же в жесте неизвестного не было ничего угрожающего. Казалось, он просто хотел прикоснуться к девушке. Поэтому Зорина не стала отбиваться, а просто медленно убрала в сторону протянутую руку. На физиономии молодого человека отразилось недоумение и он принялся морщить лоб. Пока он размышлял, Зорина посмотрела на ограду; чёрт, забор оказался ещё выше, чем ей показалось с первого взгляда – не перебраться.

Внезапно их кратковременной покой оказался грубо нарушен новыми действующими лицами. Среди деревьев появились люди в камуфляже, с миниатюрными автоматами в руках. Один из них осклабился и ткнул пальцем в беглецов:

- Вот они!

Жанна отлично слышала, как кто-то громко прошептал:

- Ушлёпку стрелять по ногам.

Ага. Ушлёпку. Про неё ничего не сказали – понятненько. Однако, размышлять, в чём заключается ценность странного парня не оставалось времени: ей-то по ногам стрелять не собирались. Девушка схватила молодого человека за руку и потянула за собой.

- Бегом!

Опасен он или нет, вопрос десятый, а вот засранцы с оружием точно опасны. Причём, для них обоих. Парень не стал сопротивляться, однако глухо заворчал, когда ему пришлось встать на ноги, оторвав руки от земли.

Как ни странно, но когда парочка бросилась, лавируя между деревьями, в сторону выхода, их преследователи испуганно шарахнулись в сторону. Казалось, они смертельно боялись приближаться к беглецам. Стрелять никто не стал, видимо опасались задеть ценный приз. Кто-то завопил насчёт выдерживания дистанции и помянул сеть.

- Рыболовы, блин! – проворчала Жанна, продолжая буксировать спутника. Тот издавал глухое ворчание и порывался броситься в сторону автоматчиков, - Беги, говорю!

Кто-то появился на пороге гостеприимной клиники, но увидев, кто бежит мимо, тотчас спрятался обратно. Обращать внимание ещё и на это у Зориной просто не оставалось времени. За спиной грохотали ботинки и вот-вот могла раздастся автоматная очередь.

Чёрный микроавтобус, к которому она бежала, продолжал стоять у ворот. Водитель, отбросил сигарету и уставился на беглецов огромными глазами. Потом потянулся к поясу, где висела пистолетная кобура. В отчаянии Жанна обернулась по сторонам: некуда бежать. Сзади догоняли автоматчики, а тут здоровяк уже почти вытащил оружие из кобуры.

Внезапно её спутник выдернул руку из пальцев Зориной и рванулся вперёд. Девушка даже не успела понять, что произошло, только услышал стук и увидела, как громила падает на землю. Молодой человек склонился над ним и зарычал.  Абсурд, какой-то! Впрочем, сейчас не до того.

Жанна рванула дверцу микроавтобуса на себя и прыгнула на водительское место. Потом крикнула спутнику:

- Давай же внутрь! Быстрее!

Тот неуверенно протрусил вокруг кабины и неуклюже полез внутрь. Не дожидаясь, пока молодой человек устроится поудобнее, Зорина повернула ключ зажигания и двигатель тотчас взревел. Их преследователи были уже совсем рядом и журналистка видела, как они поднимают оружие, изготавливаясь стрелять. Проклятье!

Автомобиль дал задний ход и Жанна принялась выворачивать баранку руля, пытаясь уйти с направления огня. Почти успела. Затарахтело и лобовое стекло рядом с рулём покрылось белыми отметинами. Ух ты, а стёклышко-то – пуленепробиваемое! Фиг вам, а не Зорина!

Микроавтобус развернулся и девушка услышала барабанный стук, теперь со стороны борта. Не унимаются, гады! Разлетелось боковое зеркало. Чёрт! Жанна утопила педаль газа и машина помчалась прочь. Хлопнула, закрывшись, дверца со стороны пассажира, а сам он издал что-то вроде всхлипа или смешка. Всё, вырвались!

Автомобиль мчался по улице и редкие прохожие удивлённо разглядывали бешено несущийся микроавтобус, гадая, что происходит. Жанна свернула на первом же перекрёстке и проехав сотню метров сделал ещё один поворот. Девушка искренне надеялась, что ей удастся сбросить преследователей с хвоста и покинуть чёртов городишко, обитатели которого так настойчиво пытались спровадить любопытную журналистку на тот свет.

Понимая, что быстро едущий автомобиль привлекает излишнее внимание, Зорина сбросила скорость и выглянула из окна. Пустая улица. На углу стоит какая-то старушка с собакой на поводке и терпеливо ждёт, пока питомец опустит лапу. Сонное спокойствие. Девушка повернулась к спутнику и встретила открытый взгляд, подобный взору ребёнка. Казалось парень не понимал, что они чудом избежали смерти.

- Кто ты, мать твою, такой? – спросила она и отёрла вспотевшие ладони о баранку руля, - За тобой-то они чего гнались?

Казалось её спутник сначала вообще не понял, что вопрос относится к нему. Зорина повторила вопрос и увидела, как по лицу молодого человека поползла тень.

- Я…Я не помню, - наконец сказал он, - Ничего не помню. Кажется, была авария…Вроде бы так сказал тот человек в халате.

- Доктор сказал, что ты попал в аварию? – уточнила девушка и повернула автомобиль на улицу, чуть шире той, где они ехали. Вроде бы тихо и здесь.

Парень покачал головой.

- Нет. Доктор должен был прийти позже, - он внезапно поморщился, - Доктор делал мне больно. Здесь, - он махнул пальцами перед лицом, - Очень ярко и очень больно.

Совершенно внезапно городские улицы сменились какими-то домиками, напоминающими деревенские, а скоро кончились и они. Автомобиль покинул предела города, но Жанна не узнавала местность. Это была не так дорога, по которой она приехала в Лисичанск и не та, что вела к загадочному институту. Спросить бы у кого-нибудь, куда ведёт этот путь, но у кого? Девушка покосилась на спутника: да нет, вряд ли она найдёт здесь помощь. Оставалось надеяться, что им удастся выбраться в более-менее цивилизованные места.

- Хочется обратно, в лес, - неожиданно сказал парень и наклонился к окну, жадно рассматривая деревья, - Там они меня не смогут найти.

От неожиданности Жанна едва не съехала с дороги на обочину. Потом ошарашенно уставилась на молодого человека. Точно, этот тип не в себе! «Обратно в лес?» Да он и капли не похож на тех, кто живёт в лесу! Типичный же горожанин, блин. Нужно держаться с ним осторожнее и стараться не перечить.

- И что там, в лесу? – негромко спросила она, - Что ты там делал?

- Жил, - на физиономии собеседника появилась широкая улыбка, - Жил и охотился.

Час от часу не легче. Если бы не преследователи, равно угрожающие обоим, девушка высадила бы «охотника» и пусть топает на все четыре стороны. Хоть в лес, хоть в поле. Чёрт с ним, доберутся до столицы, отдаст парня полиции, пусть рассказывает им свои истории. А сама – прямиком в ФСБ.

Как обычно, радужные мечты и надежды оказались грубо нарушены безжалостной реальностью. Бросив случайный взгляд на панель управления, Жанна обнаружила, что указатель объёма топливного бака демонстрирует значение, подозрительно близкое к нулю.  Должно быть одна из пуль, угодивших в автомобиль, пробила бак с горючим. Судя по всему, в лучшем случае им удастся проехать ещё пару километров.

- А ведь всё было так зашибись! – в сердцах воскликнула девушка и стукнула кулаком по баранке руля, - Нет, ну какого чёрта!

- Что-то случилось? – поинтересовался попутчик, с участием глядя на неё, - Может быть помочь?

- Только не это, - Жанна нервно хихикнула, - Нет, если потребуется охотник я тебя непременно позову. Правда, кого я стану звать – хрен его знает? Как тебя зовут, помнишь?

- Костя, Константин, - он потёр лоб, - Я помню.

- Хоть что-то. Меня зовут Жанна.

Парень с некоторым сомнением посмотрел на неё.

- Не Света? Почему-то мне показалось, что тебя зовут Светлана. Думаю, тебе бы больше подошло это имя.

Жанна даже смеяться не стала. Во-первых, её попутчик определённо выглядел человеком, не совсем психически здравым, а во-вторых девушка попросту устала от всех странностей сегодняшнего дня. Вместо этого Зорина уменьшила скорость и вгляделась в сплошную стену леса, где появилась прореха, вполне достаточная, чтобы проехал их автомобиль.

Микроавтобус с трудом протиснулся между ветвями и какое-то мгновение журналистке казалось, что они вот-вот застрянут. Однако всё обошлось и машина медленно покатила по твёрдому грунту. Похоже лесной дорогой уже давно не пользовались и она успела порасти  травой, в которой путались колёса автомобиля. Впрочем, путешествие по зарослям всё равно продлилось весьма недолго. Автобусик проехал метров двести, его двигатель принялся глухо кашлять и наконец заглох совсем.

- Ну вот, собственно и всё, - Жанна оторвала руки от баранки и развела их в стороны, - Судя по всему, здесь мы и заночуем.

Со вздохом девушка распахнула дверь кабины, намереваясь проверить, что находится в салоне машины. Уже выбираясь наружу, Зорина обернулась и посмотрела на парня. Тот ответил ей спокойным взглядом.

- Сиди здесь, - сказала Жанна, - Я буду рядом. Ничего не делай, понятно? Нужно проверить, есть ли тут хоть что-то полезное.

- Полезное? – молодой человек казался удивлённым, - Для чего?

- Для еды, блин, например! – она потёрла живот, - Я зверски хочу есть. И если ничего не найду, как пить дать, придётся отправить тебя на охоту.

В её голосе ощущался сарказм, но Константин, судя по всему, его не ощутил, потому что отвечал абсолютно серьёзно:

- Честно говоря, все воспоминания, которые относятся к жизни в лесу и охоте…Всё так смутно. Иногда кажется, будто я всю жизнь прожил в городе, а иногда, - он потёр лоб, - Просто ощущаю вкус крови на губах.

Жанна только фыркнула в ответ на эти откровения и открыла дверь автобуса. Тут её ожидало грандиозное разочарование. Внутри салон автомобиля демонстрировал воистину спартанский аскетизм. Две лавочки вдоль стены – вот, собственно и всё. Судя по всему, в этом, конкретном, микроавтобусе просто перевозили бойцов.

Бормоча ругательства, Зорина обошла машину, поковыряла пальцем в дырке, откуда сочились последние капли горючего и вернулась в кабину. Од удивлённым взглядом Константина полезла в бардачок и обнаружила там пачку документов и два шоколадных батончика.

- М-да, - сказала девушка и протянула половину добычи парню, - Держи, охотник. Негусто, конечно, но что есть, то есть. В смысле, то, что можно съесть.

- Спасибо, но я не хочу, - Костя улыбнулся и отстранил батончик, - нет, действительно, я совершенно не голоден. А у тебя живот бурчит. И думаю, если ты сейчас хоть немного не поешь, то просто не дашь мне уснуть своим бурчанием.

- Ах ты чёртов эгоист! – Жанна захохотала, полезла на своё место и захлопнула дверь, - В чёртовой тачке даже прилечь негде, разве что на полу. Ладно, раз ты упрямишься, значит следует тебя наказать и оставить без ужина. Спи голодный!

Она быстро справилась с жалким угощением и откинулась на спинку кресла, рассматривая стену леса за лобовым стеклом. Небо темнело в его тёмном полотнище начали появляться первые звёзды. Слышался умиротворяющий шум ветра в ветвях. Жанна дико устала за это воистину бесконечный день и ощутила, как сон постепенно превращает её в безвольную куклу.

- Костя, не знаю, как ты, а я сейчас отрублюсь. Рекомендую тебе заняться тем же. Завтра нужно будет решить целую кучу чертовски важных проблем и я а-ах…Короче, спокойной ночи.

- Спокойной ночи.

Девушка уже давно уснула и принялась тонко сопеть, а парень продолжал неподвижно сидеть рядом, изучай ночной лес. Он пытался сообразить, что с ним происходит, но все воспоминания окончательно смешались в единое неразборчивое полотно, в котором невозможно различить нечто отдельное.

Сообразив, что все его усилия бессмысленны, Константин тяжело вздохнул и повернул голову. Жанна продолжила спать, но теперь её тело содрогалось, словно девушка замёрзла. И действительно, ночь принесла с собой прохладу и тонкая одежда Зориной едва ли могла защитить свою владелицу от холода. Странно, но сам Костя не ощущал никакого дискомфорта, невзирая на то, что его наряд представлял собой какие-то лохмотья.

Парень осторожно просунул руку за спину спутницы и прижал девушку к себе. Она что-то проворчала, но не стала сопротивляться, а лишь завозилась, устраиваясь поудобнее. Потом опустила голову на плечо Кости и успокоилась. Через некоторое время и уснул молодой человек. Чем дальше ночь вступала в свои права, тем холоднее становилось и тем крепче парень и девушка прижимались друг к другу.

Когда наступило утро над ними пролетел вертолёт.

 

 

 

                                                           32.

 

                                                                                              

 

Егор Селезнёв остановил свой внедорожник у последнего поворота перед заправкой и некоторое время сидел неподвижно. Он отключил двигатель, погасил фары и молча смотрел сквозь лобовое стекло. Там темнели стволы высоких деревьев, между которыми плескался ночной мрак. Где-то там, среди деревьев и тьмы с прятался тот гад, который прикончил его брата, превратив Димку в кучу кровавого мяса. Эта тварь думает, что ей удастся отсидеться в ночи, в лесных зарослях и остаться безнаказанной? Да ни хрена!

И пофиг на беспомощных полицейских, способных лишь чесать языком о его правах и своих обязанностях. Пофиг на уродов в костюмах, которые определённо хотят похоронить тайну вместе с Димкой. Пофиг на урода, рыскающего в темноте. Если он не смог защитить брата, то хотя бы отомстит за его смерть. Да, последнее время они не ладили, но это – ничего не меняет.

Мужчина выдохнул, снял кепку и перекрестился. В помощь высших сил он тоже не верил, но так было заведено в семействе Селезнёвых исстари – отправляясь на важное дело справить хотя бы короткую молитву. Бабка говорила, что так они замаливают грехи предков, вроде как промышлявших на большаке. По крайней мере, истории о кровавой вдове Селезень, до сих пор хранились в архиве музея.

Селезнев взял с соседнего сиденья карабин и погладив ствол, зарядил Сайгу. Потом достал из сумки два дополнительных магазина и вложил в карман разгрузки, которую предварительно натянул поверх камуфляжной куртки. Проверил, как ходит в ножнах охотничий нож и неторопливо вылез из автомобиля.

В лицо пахнуло свежим воздухом и Селезнёв сделал несколько глубоких вдохов, успокаивая разыгравшиеся нервы. Очень важно, что в нужный момент руки не дрогнула и выстрел попал точно в цель. А там уж – будь что будет. В том же, что убийца вновь посетит заправку Егор не сомневался. Во-первых, чуял, а во-вторых, кто-то из полицейских упомянул, что тварь явно поселилась где-то неподалёку.

Идти по шоссе Егор не решился. Слишком заметно и если полиция оставила на станции кого-то из своих, то его точно загребут. А если поймают с карабином разбираться станут очень долго и неизвестно, когда отпустят на волю. 

Ночной лес показался путнику необычайно молчаливым: лишь шум ветра, потрескивание веток, да редкий крик какой-то птахи. То ли действительно в зарослях царило некое непонятное напряжение, то ли просто шалили нервишки, однако Егор прислушивался к каждому шороху, оглядываясь по сторонам. Селезнёву казалось, что кто-то идёт по его следу и он ощущал пристальный взгляд, от которого шевелились волосы на затылке и буквально горела спина.

Во время очередного поворота, мужчине показалось, что он увидел тень, быстро скользнувшую за дерево. Послышался треск сучьев. Тяжело дыша, Егор вскинул карабин и повёл стволом пытаясь нащупать неуловимую цель. Очень хотелось включить мощный фонарь, чтобы луч света показал, реальны ли его видения.

- Твою мать! – пробормотал мужчина и опустив оружие, отёр пот со лба, - Тут же шлялась эта баба, неужели я трусливее, чем она!

Однако внутренний голос совершенно резонно заметил, что журналистка шла через лес днём, а это – две большие разницы, как говорила его бабушка. И девице совсем ничего не угрожало, пока её не задержали менты. Впрочем, не факт, что у неё всё кончится благополучно, раз уж она оказалась в руках этих гадов, которые пытались навешать ему лапши по поводу смерти Димки. С внезапным ожесточением Егор сжал оружие в руках и выругался. Твари, они думают, что весь Лисичанск у них в кармане! Ничего, когда он отправит на тот свет убийцу Димки, он ещё покажет им, где раки зимуют!

Поглощённый мыслями, Егор едва не вышел на освещённое пространство. Несколько мощных прожекторов заливали участок перед заправкой настоящим морем света. В нём купалась полицейская машина и парочка правоохранителей. Полицейские стояли у открытой двери, слушали тихую музыку из салона и пили кофе. На капоте автомобиля лежали три автомата и глухо шуршащая рация. Казалось, никто из присутствующих не ожидал ничего тревожного.

Егор осторожно лёг на землю и не отрывая взгляда от полицейских, отполз за куст. Карабин он положил рядом м прислушался к разговору.

- Дерьмо, -- сказал тот, что постарше и прикрыл рот ладонью, - Как вспомню жмуриков – мороз по коже. Бляха-муха, надо же было вляпаться в такое!

- Да, не повезло Андрюхе и Егору, - меланхолично протянул второй и отпил кофе, - Особенно – Андрюхе. Думал, меня наизнанку вывернет, когда его увидел. Это ж каким чеканутым надо быть, чтобы такое сделать?

- Чеканутым? Это ты ещё мало работаешь. Лед семь назад из этого грёбаного института уже убегала какая-то мерзость, так мы её всем управлением ловили. Тогда тоже парочку в больницу доставили с такими порезами – мама не горюй! А что ловили – хрен его знает.

- Да где же Серёга? – перебил его собеседник, - Сколько надо времени, чтобы отлить? Пошёл посрать и сердце стало?

Селезнёв внезапно ощутил, как что-то твёрдое упёрлось в его затылок. Потом тихий, но решительный голос отчётливо произнёс:

- Не вздумай дёргаться. Потянешься к ружью – мозги, нахрен, вышибу, - говоривший повысил голос, - Пацаны, смотрите, какую я зверушку поймал. Матёрый такой!

Парочка у автомобиля мгновенно вооружилась и едва ли не бегом направилась в сторону кустов, где лежал обескураженный Егор. Мужчина глухо матерился, проклиная собственную невнимательность, однако же не решался нарушить приказ полицейского.

Внезапно давление на затылок Селезнёва ослабло и тот же голос строго приказал:

- А теперь, очень медленно, встал на колени, а потом поднялся. Руки держать на затылке, - когда Егор выполнил сказанное, полицейский продолжил, - Иди в сторону заправки. Вздумаешь бежать – увалю к херам.

Продолжая ругать себя последними словами, неудавшийся, мститель сделал несколько шагов и оказался в руках возбуждённых полицейских. Первым же делом его вновь уложили на землю и защёлкнули наручники.  Потом подняли и теперь Егор мог видеть того, кто его застукал. Высокий худой мужчина с холодными внимательными глазами изучал карабин Селезнёва. Потом хмыкнул:

- Что, дружище, прошлого раза оказалось недостаточно? Правильно говорят, все вы уроды всегда возвращаетесь на место преступления.

- Погоди, - старший из полицейских взял пленника за подбородок и повернул к свету, - Чёрт, Серёга, знаешь кого ты поймал? Это – брат того чудика, Чикатиллы. Мы его уже допрашивали – он не при делах.

- Прикольно, - Серёга даже развеселился, - Это кого же мы захомутали? Мстителя, блин!

- Ладно, всё это лирика, - третий направился к машине, - Нужно доложить диспетчеру. Пусть пришлёт кого-нибудь, чтобы забрали этого кадра.

- Ага и по ушам его, гада, по ушам, чтобы другим неповадно было. И так, блин, грёбаный геморрой, так ещё и придурки всякие лезут.

Селезнёв лишь угрюмо молчал, рассматривая землю под ногами. Нет, ну надо же так по-дурацки вляпаться! И за Димку не отомстил и сам попался. Теперь станет посмешищем для всего Лисичанска.

Однако додумать свои мысли он так и не усел. Внезапно один из прожекторов, освещавших пространство перед заправкой, покачнулся и с грохотом упал на асфальт. Зазвенело стекло. Полицейские подняли автоматы, всматриваясь в ночной мрак. Тишина. Никого не видно. Однако в воздухе словно звенело напряжение и каждый из присутствующих явственно его ощущал.

В этот момент второй прожектор взлетел в воздухи по широкой дуге улетел в заросли. Осталось всего два, а световое море съёжилось до крохотно озерца. Селезнёва подтолкнули.

- Влад, - с тревогой в голосе сказал Сергей, - По шурику свяжись с Ленкой, пусть высылает помощь. Это ж-ж-ж – неспроста.

Егору показалось, что он различил смутную тень, которая быстро скользила на границе между светом и тьмой. И стремился призрак прямиком…Словно сгусток тьмы окутал третий прожектор и утянул его во мрак. Остался только один.

- Быстро, в машину! – Селезнёва толкали в спину, отчего мужчина едва не падал, - Влад, что там?

- Помехи, мать их! – тот тряс рацию, - Барахлом пользуемся!

Последний осветительный прибор затрещал и погас. Тотчас ночной мрак прыжком приблизился к четвёрке встревоженных людей. Однако Егор видел и кое-что иное.

- Вон эта тварь! – завопил он, - Вон она! Руки освободите, гады!

Ему приказали заткнуться. В наступившей тишине было отчётливо слышно, как трещит рация в руке полицейского. Его товарищи, вскинув автоматы, пытались разглядеть невидимое существо, которое так ловко расправилось с прожекторами, погрузив заправку во тьму.

- Фары включи, - приказал Сергей, - Да убери ты это гавно, всё равно сейчас будем сваливать. Имел я всё это…

Во мраке раздался глубокий могучий рёв, в котором отчётливо различались нотки торжества. Вспыхнули фары полицейского автомобиля и в их свете на стене заправки промелькнула причудливая тень, тут же растворившаяся в ночи.

- Да освободите же меня! - закричал Егор, ощущая, как пот струится по его спине.

Наконец-то полицейские решились и отомкнули наручники. Мужчина принялся растирать кожу на руках испуганно озираясь по сторонам.  В эту секунду невидимый нападающий вновь принялся громко рычать. Что-то затрещало и разорванный электрический кабель, прежде питавший прожектора, заискрил в темноте, подпрыгивая подобно какой-то экзотической змее.

- Что он, сука, творит! – завопил Сергей, - Влад, бляха муха, заводи машину!

Взревел двигатель и в тот же момент огромная тварь показалась из тьмы и в один прыжок оказалась на крыше автомобиля. Захрустел, прогибаясь металл, а водитель издал неразборчивый, но явно матерный, возглас.

Егор со смесью ужаса и удивления рассматривал странное существо. Оно напоминало человека, но очень большого, мускулистого, до неприличия и жутко уродливого. Более подробно рассмотреть пришельца мужчина не успел. Заворчав, существо спрыгнуло с машины и вдруг оказалось среди людей, ошеломлённых внезапностью происходящего.

Два мощнейших удара разбросали полицейских в разные стороны. Причём, если Сергей подавал признаки жизни, то его товарищ лежал без движения и вокруг его головы расплывалась лужа тёмной крови. Селезнёв завопил и бросился к машине, надеясь спастись от кошмарной твари. Однако тут же споткнулся о собственный карабин и повалился на землю.

Он скорее почувствовал, чем услышал приближение монстра и повернув голову, увидел огромную тень, которая занесла лапу над головой Егора.

- Нет! – заверещал Селезнёв, пытаясь заслониться руками.

Затарахтел автомат. Полицейский, высунувшись из автомобиля, пытался попасть в тварь, но руки у него дрожали и все пули ушли в пространство. Тем не менее, существо остановило атаку и отпрыгнуло в сторону. Сцепив зубы, Егор схватил карабин и сняв оружие с предохранителя, перевернулся на спину.

- Жив? – Влад остановился рядом и опустился на колено, целясь в монстра, замершего в десятке метров от них, - Что это, бля, такое?

В этот момент Сергей засипел и подтянув автомат, нажал на спуск. Полицейский находился на грани жизни и смерти, поэтому не понимал, что именно делает. Длинная очередь веером унеслась в сторону заправки и пули пробили топливные резервуары сразу в нескольких местах. Горючее, весело булькая, хлынуло на асфальт.

- Мать моя! – выдохнул Егор, уставившись на прыгающий среди луж бензина искрящий кабель.

Полыхнуло и заправку накрыло исполинской волной пламени.

 

 

 

                                               33.

 

 

 

Когда Мария проснулась, Чип стоял у окна и смотрел на улицу. Услышав зевок, он повернулся и улыбнулся проснувшейся девушке. Правда улыбка вышла какой-то напряжённой. Мария прикрыла рот рукой, после чего возмущённо уставилась на нахала.

- Эй, приятель, ты какого чёрта себе позволяешь? Я-то думала, мне выделили эту комнату, чтобы я могла не опасаться маньяков, жадных до шикарного женского тела.

- Прости, - Чип отошёл от окна и прошёлся по комнате, - Нет, если ты такая стеснительная, то у меня имеется великолепный вместительный шкаф и там тебя уж точно никто не станет разглядывать.

- А в рыло? – девушка привстала, не забыв закрыть грудь пледом, - Если бы я не ночевала в твоем доме, то, честно говоря, даже не стала бы спрашивать. Или до сих пор все спокойно терпели эти выходки?

- Вообще-то, ты – первый посторонний человек, который переступает порог моего дома. Не говоря уж о ночёвке.

От удивления девушка отпустила кончик пледа и он пополз вниз, предательски оголяя пышную грудь. Спохватившись, Мария подхватила непослушное одеяло, после чего немного отодвинулась, опершись о спинку дивана. На лице Маши проступило недоверие.

- Да ладно! Хочешь сказать, что здоровый симпатичный парень никогда не приводил сюда ни единой особи противоположного пола? Ты же нормальной, я надеюсь, ориентации?

- Нормальной, - парень хмыкнул, после чего развёл руками, - Понимаешь, всё это, весь мой дом, это – своего рода заповедное место, мой храм, моя скорлупа, защита от внешнего мира. Поэтому присутствие посторонних людей тут…Как бы это сказать? Раздражает, что ли.

- А как же я?

- Можешь гордиться, ты – первая, кого я пустил себе под шкуру, - Чип покачал головой, - Не спрашивай; почему. Я и сам не знаю.

- Я – неотразима, - фыркнула Мария, - А стану воистину божественна, если ты сейчас свалишь и дашь мне спокойно привести себя в порядок. Лады? Не то, чтобы я сильно стеснялась, но станем придерживаться норм приличия, хотя до первого свидания.

- Вообще-то я зашёл, чтобы извиниться, - Алексей задумчиво потёр щёку, - Вчера, если помнишь, я пообещал заняться твоим драндулетом…

- И внезапно вспомнил, что ни бельмеса не понимаешь в ремонте машин, а твой мастер уехал в Антарктиду? Ха-ха, - Мария покивала, - Или что ещё можно придумать, чтобы придержать девицу в своём доме? Давай уже, прояви чудеса фантазии!

- Какая ты язва, всё-таки, - Чиграков казался удивлённым, - У меня срочное дело, поэтому я могу предложить тебе пару вариантов, а ты выберешь, какой больше устраивает. Я могу отвезти тебя назад и ты продолжишь голосовать, пока не встретишь ещё одного доброхота. Но сразу предупрежу: места у нас – достаточно глухие, поэтому ждать помощи реально до второго пришествия.

- И второй вариант7

- Если ты согласишься остаться, то обещаю доставить на вечер шикарный вегетарианский ужин, а завтра вплотную заняться то ли твоей колымагой, то ли доставкой по месту проживания.

Мария задумалась, накручивая рыжий локон на палец. В её зелёных глазах плясали чертенята.

- Обещаешь? – спросила она, в конце концов, - Если обманешь ещё раз – искусаю. Да и кроме того, чем ты предлагаешь мне заняться в твоё отсутствие? Умирать от скуки?

- Кроме спортзала в доме имеется проектор, с подбором фильмов сама разберёшься. Есть компьютер, но сразу предупреждаю, можно выходить только в локальную сеть; провайдеры у нас – настоящие садисты.

- Глу-ухомань! – протянула Мария и потянулась, вновь поймав плед в самый последний момент, - Всё, свободен. И помни про обещанное.

- Ага, забыть и оказаться потом искусанным? – девушка рассмеялась, - Нет уж, поедешь домой, как миленькая. Ладно, дела сами себя не сделают. Поэтому – до вечера.

- Удачи, - Мария махнула рукой, - И возвращайся быстрее.

Уже направляясь в город, Чип внезапно ощутил странное тепло в груди.  До сих пор ещё никто не желал ему удачи и не ждал скорейшего возвращения. И чёрт побери, ещё ни один человек не вызывал у него чувств, подобных тем, которые появились у парня в тот момент, когда он заговорил с рыжеволосой язвительной девицей. Ёлки-моталки, он даже спокойно оставил её в своём доме, несмотря на то, что знал всего несколько часов! Жаль, что завтра им таки придётся расстаться и скорее всего – навсегда. Алексей не вправе держать рядом человека, которому может угрожать опасность из-за его рода деятельности. Да, на продолжение знакомства рассчитывать нечего.

Только когда мелькнули домики окраины Лисичанска, Чиграков сообразил: его голова забита чем угодно, но только не тем, что необходимо. Проклятье, парень даже не успел, как следует составить план, а лишь вскользь просмотрел планировку дома цели и распорядок дня. Ну и чёрт с ним – экспромты у него тоже получались вполне неплохо.

Нужный дом стоял немного на отшибе от остальных и это радовало. Чип оценил высокое качество отделки трёхэтажного особняка, шикарный двор с парой бассейнов и японским садом. Так же ему очень понравились мускулистые мастиффы, лениво перемещающие свои туши по дорожкам. Парень насчитал шесть огромных псов и прикинул, сколько ещё может находиться за домом.

Ладно, по его данным, сейчас внутри должны были находиться лишь двое: объект и его телохранитель. Обслуга появится лишь завтра, а семья – в отъезде. Красота. Чиграков достал с заднего сиденья синюю рабочую робу и переоделся, проклиная себя, за то, что не сделал это в гараже. Потом натянул на голову бейсболку с надписью: «Лиссвет» и посмотрел в зеркало: ну чисто тебе электрик! Осталось взять коробку с инструментами, содержимое которой несколько отличалось от того, что носят обычные ремонтники.

Алексей подошёл к воротам и решительно утопил кнопку звонка, поражаясь тому, что не видит обычной, для подобных особняков, будки охраны. Хозяин надеется на защиту волкодавов и своего единственного телохранителя? Хм…Не то сейчас время. Ну да беспечность клиентов Чипу только на руку.

Пара мастиффов неторопливо направилась к воротам, а двери дома распахнулись, выпустив наружу настоящего великана. Лысый громила с плечами такой ширина, что едва ли протиснешься в узкий переулок. Невзирая на прохладное утро здоровяк носил только майку и шорты, так что гость мог оценить невероятную мускулатуру мощного тела. Ну да, такого только из пушки можно прошибить. Впрочем, это скоро проверится.

Громила отпихнул псов и стал у ворот, рассматривая пришельца. В тусклых маленьких глазах Чип прочитал недоумение.

- Какого чёрта? – проворчал гигант, - Чё надо?

- Лиссвет, - бодро отрапортовал Чиграков и показал сначала свой чемоданчик, а после ткнул пальцем в эмблему на бейсболке, - Произошла авария на подстанции, есть риск скачкообразного повышения напряжения.

- У нас всё в порядке, - здоровяк помотал головой, - Вали отсюда. Свет есть.

- Конечно есть, - Чип развлекался: приятно иметь дело с таким тупорезом, - Но в любой момент напряжение поднимется и вся аппаратура в доме выйдет из строя., понимаете? Наша служба специально послала ремонтников, чтобы предупредить возможные иски? Мне необходимо переговорить с хозяином, возможно у вас имеется собственный источник электроэнергии, на который вам стоит перейти в ближайшие сутки. Разрешите мне войти? Обещаю, я не отму много времени.

Лысый оглянулся на дом и маленький лоб прорезали морщины. Заметно, что ему очень хотелось сначала спросить совета у хозяина, но что-то останавливало от подобного шага. Поэтому великан пробормотал нечто, похожее на ругательство, тяжело вздохнул и сказал, чтобы Чип держался рядом.

- Собаки, - проворчал он, – Так не тронут.

- А нельзя их пока придержать в загоне? – тут же попросил парень, памятуя, что обратно ему идётся идти самому, - Просто я очень боюсь собак.

И вновь напряжение мозговых извилин и тоскливый взгляд в сторону дома. Очевидно громиле нечасто приходилось принимать самостоятельные решения. Пора взрослеть.

Потребовалось ещё несколько минут, пока телохранитель заводил огромных псов за решётку. Те не сопротивлялись, но смотрели на ворота с явным неодобрением. Очевидно, бываю случаи, когда собаки проявляют больше разума, чем некоторые люди. Потом великан вернулся и нажал на кнопку, отпирающие ворота. При этом он продолжал ворчать про: «Напридумывали тут!» Чип охотно поддакивал и следовал в фарватере здоровяка, с восхищением наблюдая, как перекатываются бугры мышц на мощном теле. Было даже как-то неловко уничтожать такое совершенное тело.

К сожалению, дело есть дело. Оказавшись внутри особняка, Алексей попросил минуту на подготовку и поставил ящик для инструментов на пол, постаравшись, чтобы распахнутая крышка заслонила великану содержимое.  А внутри собственно находился ПСС «Вул», который Чиграков использовал лишь изредка, когда опасался поднимать лишний шум.

Парень поднял голову и улыбнулся великану. Тот нахмурился, не понимая, к чему относится улыбка гостя. В следующий момент раздался тихий хлопок и на белой майке здоровяка появилось кровавое пятно. Несколько секунд ничего не происходило, потом телохранитель задумчиво потрогал дыру, поднёс окровавленный палец к лицу и вдруг упал на спину, напоминая дерево, поваленное ураганом.

- Странно, - пробормотал Алексей и поднялся, сжимая пистолет, - Думал, будет сложнее. Поищем нашего профессора.

Он неторопливо обошёл первый этаж дома, но никого, кроме тела охранника не увидел. Потом остановился, прислушиваясь. Ага, со второго этажа доносились какие-то негромкие звуки. Судя по всему, хозяин смотрел телевизор.

Чип неторопливо взобрался по винтовой лестнице, проигнорировав парадную, с шикарным ковром и статуями полуголых барышень. Ориентироваться ему помогал тот план, который он посмотрел перед поездкой, поэтому парень сообразил, что звуки доносятся из гостиной. Сейчас он пройдёт до конца этого коридора, мимо закрытой двери в спальню, откроет ещё одну, с изображением Фудзиямы и…

Мощнейший удар обрушился на Чипа, отбросив его на стену. Казалось, в него врезался настоящий самосвал, невесть как оказавшийся внутри дома. Пистолет отлетел в сторону и парень даже не увидел, куда. Помотал головой, избавляясь от зелёной мути в глазах и уставился на того, кто его атаковал. Орлов, вся грудь которого алела от крови, зарычал и пошёл на Алексея, сжимая пудовые кулаки.

- Всё же сложный вариант, - проворчал Чип и нанёс мощнейший удар ногой, который должен был успокоить, так некстати ожившего покойника.

Однако нога угодила в захват, напоминающий хватку медведя. В следующий миг парня ещё раз швырнули в стену, но на этот раз так, что он на время отключился. Впрочем, беспамятство продолжалось недолго, ибо очнувшись, Чип обнаружил противника, замершего в паре шагов.  Тот кашлянул кровяным сгустком и наклонил голову, злобно рассматривая врага. Алексей ощутил, как по его щеке скользит струйка крови из разбитого лба. В голове крутились смерчи и полыхали молнии. Однако, если он немедленно не поднимется, то его просто затопчут.

Нога великана обрушилась на то место, где только что лежал Чиграков, но тот успел увернуться. Прокатившись по полу, парень вскочил и схватив металлическую статуэтку со столика, запустил в голову громилы. Попал, но на того это оказало не большее влияние, чем комариный укус. Он лишь ещё раз заворчал и вновь пошёл на Чипа.

В этот раз Алексей не решился использовать ноги, а провёл серию, работая кулаками. Все удары прошли, но Орлов лишь мотал головой и пытался поймать врага в захват. Очевидно, если бы здоровяку это удалось, то бой оказался бы закончен в тот же миг. Даже получив вскользь могучим кулаком, Чип вновь оказался на полу, сжимая ноющую руку. Мать его, да сколько же силищи в этом исполине!

Приняв решение, Алексей ужом проскользнул мимо противника и оказавшись за его спиной, охватил могучую шею. Потом из всех сил сжал, надеясь прикончить великана хотя бы так. Тот не стал долго раздумывать и приложил назойливого парня о стену. Что-то захрустело и рот Алексея наполнился солёной жидкостью.

- Что же ты, сука, не сдыхаешь! – в отчаянии пробормотал Чип и крепче сжал шею. В глазах у парня темнело.

Орлов зарычал и ещё пару раз ударил врага. Недолго оставалось до того момента, когда Алексей потеряет сознание и свалится на пол. Однако и силы противника имели свой предел. Громила опустился на колени и попытался разжать захват. Окровавленные пальцы несколько раз бесполезно скользнули по руке Чипа и упали вниз. Великан засипел и упёрся лбом в землю. Алексей продолжал сжимать руку, пока не услышал, как тяжёлое дыхание противника смолкло.

В этот раз – всё. Точно всё.

Сквозь кровавый туман, застилающий взор, Чип с трудом обнаружил пистолет и поднял его. Руки дрожали, а внутри что-то хрустело и потрескивало. Он посмотрел на неподвижное тело Орлова и покачал головой. К таким вещам стоило проявлять уважение. Так его учили.

Пошатываясь, Чиграков подошёл к двери в гостиную и медленно открыл её. Странно, вообще-то, такой шум не мог остаться незамеченным и хозяин давным-давно должен был вызвать полицию. Однако тот продолжал сидеть в кресле перед работающим телевизором и смотрел на экран, где пара маленьких девочек с воздушными шариками в руках, прыгали вокруг ошалевшего пони и просили невидимого папу подсадить их в седло. Снимавший громко смеялся и просил детей быть поосторожнее.

Чип медленно подошёл и стал рядом с креслом. Роберт Станиславский даже не повернул головы. По его худым щекам скользили слёзы.

- Я допустил ошибку, - сказал доктор, - Огромную, непоправимую. За все ошибки надо платить. За эту – особенно.

Тяжело дыша, Чип уставился на него. До парня внезапно дошло, что в определённом смысле он опоздал. Человек, перед ним, уже умер. Осталась одна оболочка, которую совершенно бессмысленно убивать.

- Я допустил ошибку, - голос Станиславского внезапно стал твёрдым и решительным, - И я готов за неё платить.

- Все мы допускаем ошибки, - тихо ответил Чип.

Он посмотрел на экран. Радостные дети и смеющийся отец. Счастливое семейство.

 
89
Добавить в избранное

Комментарии

Нет комментариев. Ваш будет первым!
  • Она жила на краю села –там, где дорога тянулась к ферме,для желторотиков всех былажиличка эта, до жути – древней.Не знал, доподлинно, сель...
  • Память мотая на веретено –Словно на руку – вожжи –Кто-то затеял дурное кино:Прах бедной маленькой мёртвой ЛенорВ Хеллоуин тревожить&...
    Camilla 29.08.2016 19
  • 1.  «…На следующий день, а это была пятница, Роман Андреевич зашел в приемную с горящим взором, и на стол перед Стеллой легла изумительная б...
    smpetrov 10.07.2016 13
  • Холм холодным ветром, как шпагой, вспорот, скалит остро кости своих руин. На останках прошлого вырос город, жадно пожирающий корабли. Как ярится буря,...