Житие отца Парасия

Житие отца Парасия
И было утро, и был вечер, и был день первый.
И в день тот явился человек незнамый-неведомый, и личина его сумрачна была и мысли неведомы. И одежды его были грязны и руки его колебались болезнью трясучею, и очи его замутило пойло хмельное. И встречал его отец Парасий улыбкой доброю, и провожал его за столы обеденные, и потчевал его яствами барскими да утолял жажду зельями заморскими. И умывал человек тот белы рученьки и отпустила его болезнь трясучая. И спать ложил его отец Парасий на перины пуховые и укрывал одеялами шитыми.
И была ночь, и было утро, и настал второй день.
И на второй день взялся человек тот за дело свое, отцу Парасию незнамое, неведомое, ибо ведал отец Парасий душами прихожан своих и приходом своим правил, аки пастырь стадом овец невинных правит. И делал дело свое человек неведомый в хоромах отцом Парасием неподъемным трудом возведенных, ибо вкладывал слово отец Парасий и душу в приказы свои работникам нерадивым, и вкладывал копеечки, долгими постами отложенные и на благо святого дела паствой пожертвованные, ибо святое дело - малое, а существование свое влачить пастырю бог места не дал, и второй этаж лачуги своей пришлось только в сём году достраивать.
И был вечер, и была ночь, и был третий день.
И человек неведомый стены лачуги дырявил безжалостно, словно душу отца Парасия тыкал иглами, ибо грешен отец, как и люди все, и жалел он лачугу свою, аки дочь свою. И толкал человек тот в дыры трубы свои, из полипропилена мерзопакостного, буржуйского, абы душу православную в соблазн ввести иноземцами придуманного.
И был вечер, и была ночь и настал день четвертый.
И в четвертый день человек тот увидал красну девицу, попадью по воле божией, жену по воле юридической и гражданской отца Парасия. И юна была жена его и красива и человек тот взора отвесть не смог, и попадья грешна была, не отвела и она очи ясные. И был вечер, и была ночь, и была та ночь бессонной для троих рабов божиих, в коем числе и человек неведомый и попадья юная, да и сам отец Парасий, убытки считавший.
И пятый день настал, и человек тот резрешенья просил у отца Парасия в райцентр богомерзкой машиной немецкой отвезти, ибо не было у человека того машины, а путь неблизкий был. И отказывал ему отец Парасий, ибо служба предстояла ему во славу бога единого, ибо лачуга тленна, а бог вечен, и служить ему приятно было для отца Парасия в плане жертвований паствы своей и во благо строительства. И настаивал человек тот, ибо потребны ему были заглушки шестидюймовые на полипропилен богонеугодный, и во благо строительства оной лачуги настырствовал он.
И глаголил отец Парасий истину, ибо суть есть работа человека того неотложная, отлагательства не терпящая.
И молвил отец Парасий, что повозку ту буржуинскую попадья право водить имеет, так и пусть с ней и поедет человек тот.
И было так.
И был вечер, и была ночь, и не спалось в ночь ту отцу Парасию, равно как и попадье с человеком незнамым, ибо предавалась попадья греху с человеком тем в повозке иноземной много часов, на резину окоянную гвоздем проколотую отцу Парасию ссылаясь.
И было утро, и был день шестой, и вернулись с дороги длинной попадья с незнакомцем тем. И сомнения одолевали отца Парасия, но не подал виду он, на чистоту душевную попадьи надеясь. И снова работал человек тот, рук не покладая, абы на седьмой день работу свою закончить, отцу Парасию отчитавшись, и награду свою получить.
И был вечер, и было утро, и настал день седьмой.
И утром рано человек тот поднялся и отца поднял и повел его в лачугу белокаменную, бразильской плиткой выложенную, и со слов человека того к живительной влаге подключенную трудами его.
И осмотрел отец Парасий работу его, и по нраву была рыбота.
И выходили они из палат лачуги той, и задавал человеку вопрос отец Парасий, не про награду его, а про проверку работы той. И дабы показать умелость свою открывал краны крученные человек тот, и улыбка личину его освещала. И был гул, и был шум неимоверный, и влага живительная потоками ринулась с второго этажа лачуги белокаменной, и смывала ламинат реками, и срывала гипсокартон со стен лачуги той, принося в потоках своих к ногам отца Парасия все труды его за годы долгия.
И поднял взор свой недоуменный отец Парасий и глянул он на человека того и было в том взоре никак не смирение.
И человек тот поднял взор и молвил человек тот: - "Твою мать, а заглушки-то шестидюймовые мы купить забыли"...
372
Добавить в избранное

4 комментария

02:16
Написано крепко, но смешение стилей не затащило. Честно говоря, кэпский конец.
10:18
Хорхе забыл
18:49
завершение совершенное)
22:39
ну, оно, собственно, предсказуемо было)
  • На этой картине вы можете видеть сад А за садом забор, потрескавшийся от лет Которых, светлых и темных, много-много назад Верона плыла через вязкий...
    Лисс 02.07.2016 14
  • Нефедов уже отключил компьютер и собирался в постель, когда в квартиру требовательно постучали. - Какого черта? Двенадцать ночи! – пробурчал Неф...
    smpetrov 10.08.2016 0
  • Приёмные часы подходили к концу, больничные коридоры стремительно пустели. Врач убежал куда-то по своим сверхважным делам. Я была последней в очер...
    Зима 02.06.2016 12
  • Саблезубый  монгол  на  затопленной  улице  Китежа точит  саблю  и  зубы, сияет  промасленный  взгл...